5.8. Ещё один аспект проявления принципа «практика — критерий истины»

Ориентировочное время чтения: 15 мин.
 
Ссылка на статью будет выслана вам на E-mail:
Введите ваш E-mail:

полный заголовок

5.8. Ещё один аспект проявления принципа «практика — критерий истины»: «по вере вашей да будет вам»

 

На основе миропонимания, отрицающего интуицию индивида и Вседер­жительность Бога как объективные явления, — принцип «практика — критерий истины» работает только в режиме осознания уже полученных результатов.

По отношению к научным теориям это означает, что если теория, на основе которой моделируется развитие ситуации, утверждает, что в перспективе — неприятность или катастрофа, то в реальной жизни следует не предпринимать тех действий, которые ведут к этой неприятности или катастрофе.

Однако все теории носят характер знания, практическое применение которого ограничено конкретными обстоятельствами. Т.е. в одном диапазоне параметров теории работоспособны, а при выходе за его пределы они дают недостоверные результаты. Так закон Гука, согласно которому деформация пропорциональна приложенной силе, неработоспособен в тех случаях, если после прекращения действия силы наличествует некоторая остаточная деформация.

В ряде случаев теории и модели, в которых учтены факторы, не учитываемые в других теориях и моделях, снимают запреты, налагаемые более простыми теориями и моделями. Тем не менее все теории «приблизительны», и реальные процессы в жизни несколько отличаются от их описаний в теориях и построенных на их основе моделей. Поэтому несоответствие теорий и экспериментальных результатов, полученных на тех или иных моделях, может приводить к катастрофам и более мелким неприятностям.

Так первый советский реактивный истребитель-перехватчик Би-1 разбился в ходе испытаний; погиб лётчик Г.Я. Бахчиванджи (1908 — 1943), которому посмертно (только в 1973 г.) было присвоено звание Героя Советского Союза.

Анализ причин катастрофы показал, что аэродинамическая компоновка Би‑1 была выбрана на основе аэродинамики низких скоростей, при которых воздух, обтекающий самолёт, можно считать несжимаемым газом. Однако в одном из полётов Би-1 достиг скорости близкой к скорости звука, а в этом диапазоне скоростей воздух нельзя считать несжимаемым газом, вследствие чего теории и экспериментальные методы аэродинамики низких скоростей утрачивают работоспособность. На скоростях, близких к скорости звука, вследствие реальной сжимаемости газа в набегающем потоке, аэродинамические характеристики Би-1 изменились так, что он втянулся в пикирование, из которого его невозможно было вывести. Т.е. лётчик-испытатель был обречён на гибель самой конструкцией Би‑1.

Явление сжимаемости газов ко времени начала работ по проекту Би‑1 было известно, и можно было догадаться, что:

  • изменение картины обтекания и распределения давления по внешней поверхности самолёта в условиях ощутимо проявляющейся сжимаемости воздуха повлечёт изменение его аэродинамических характеристик (аэродинамические силы и моменты в их математическом представлении — интеграл от давления воздуха по поверхности летательного аппарата);
  • это изменение аэродинамических характеристик на скоростях полёта, при которых параметры обтекания далеки от получаемых на основе теоретической модели несжимаемого газа, может быть опасным для обеспечения управляемости самолёта;
  • соответственно для обеспечения безопасности полёта на скоростях, при которых сжимаемостью воздуха нельзя пренебречь, необходимы работы по развитию аэродинамики больших скоростей.

Настаивал ли конструктор Би‑1 — В.Ф. Болховитников (1899 — 1970) — на решении этих проблем в процессе проектирования самолёта, но получил отказ вышестоящих инстанций, либо сам положился «на авось», — нам неизвестно. Известно, что аэродинамическая труба больших скоростей Т-106 ЦАГИ была введена в эксплуатацию в 1943 г. — уже после гибели Би-1. «В ней сразу же начали проводить широкие исследования моделей самолетов и их элементов при больших дозвуковых скоростях. Была испытана и модель самолета «БИ» для выявления причин катастрофы. По результатам испытаний стало ясно, что «БИ» разбился из-за неучтенных при проектировании самолета особенностей обтекания прямого крыла и оперения на околозвуковых скоростях и возникающего при этом явления затягивания самолета в пикирование, преодолеть которое летчик не мог»[1].

Но реально катастрофа Би‑1 стала выражением принципа «практика — критерий истины» в том смысле, что аэродинамика низких скоростей, при которой сжимаемостью воздуха можно безопасно пренебрегать, и аэродинамика высоких скоростей, при которых сжимаемость воздуха изменяет и картину обтекания, и аэродинамические силы, — разные аэродинамики, что должно выражаться и в различии теорий, и в различии экспериментальной базы.

Этот и многие другие примеры приводят к вопросу: Можно ли избежать таких ситуаций, в которых принцип «практика — критерий истины» срабатывает как стимул к тому, чтобы выявить и понять причины реально свершившейся катастрофы или более мелкой неприятности?

Ответ на этот вопрос субъективен и тесно связан с вопросом о признании либо непризнании объективности существования таких явлений как интуиция индивида и Вседержительность Божия. Однако при любом варианте ответа (интуиция и Вседержительность — объективные явления, либо интуиция и Вседержительность — выдумки) принцип «практика — критерий истины» выразится в практической реализации другого принципа — «по вере вашей да будет вам» (Библия, Новый завет, Матфей, 9:29) — в отношении приверженцев каждого из двух видов субъективизма, т.е.:

  • отвергающие интуицию и Вседержительность в качестве объективных явлений — будут гарантированно попадать в ситуации, в которых принцип «практика — критерий истины» будет обнажать несостоятельность тех или иных теорий в неприятностях и катастрофах, свершившихся по причине следования этим теориям;
  • признающие интуицию и Вседержительность в качестве объективных явлений — будут практически убеждаться в том, что интуиция (если она в ладу с Божьим Промыслом), а также и Вседержительность упреждающе указывают им на реальные опасности и грядущие беды, тем самым позволяя им миновать их или подготовиться к тому, чтобы их успешно преодолеть.

Эти утверждения проистекают не из доказательного метода выработки знаний и навыков, а из описательного. Ключ к пониманию этого объективного явления — различия судеб носителей двух видов субъективизма — даёт достаточно общая теория управления (ДОТУ — ей посвящена последующая глава 6), которая тоже является порождением большей частью описательного, а не доказательного метода выработки знаний.

Первое обстоятельство, понимаемое на основе ДОТУ, состоит в том, что с точки зрения теории и практики управления, значимость информации, характеризующей процесс управления как таковой, убывает в следующем порядке:

  • информация о процессах, течение которых способно привести к открытию возможностей того, что течение процесса управления в будущем может отклониться от нормальных параметров;
  • объективно открылись (возникли, появились[2]) возможности того, что течение процесса управления в будущем может отклониться от нормальных параметров;
  • возможности начали реализовываться и наметились тенденции к тому, что течение процесса управления отклонится от нормальных параметров;
  • течение процесса отклонилось от нормальных параметров, но ещё находится в пределах допустимого;
  • отклонение параметров процесса на грани допустимого;
  • процесс вышел за допустимые пределы, но ещё есть некоторое время для того, чтобы предпринять меры к возвращению процесса в допустимые пределы и избежать катастрофы — окончательной, либо последствия которой придётся потом преодолевать и компенсировать нанесённый ею ущерб.[3]

И практически нулевой управленческой значимостью обладает информация о том, что всего названного ранее нет, вследствие чего процесс управления протекает нормально.

При этом следует пояснить ещё один аспект учёта возможностей и тенденций в выработке управляющего воздействия. Открываться могут не только неблагоприятные возможности, но и возможности благоприятные, реализация которых позволяет ощутимо повысить качество управления. То же касается и учёта тенденций.

Второе обстоятельство, понимаемое на основе ДОТУ, состоит в том, что управление всегда носит концептуально определённый характер, т.е. цели, пути и средства их достижения — определённы.

Оба эти обстоятельства относятся и к тому, как индивид или общество вписываются в процесс Вседержительности:

  • если они действуют в русле Промысла Божиего, то заблаговременно по отношению к возможным неприятностям им даётся в русле Вседержительности информация об этом и оказывается иная информационно-алгоритмическая поддержка, позволяющая избежать неприятностей или их успешно преодолеть;
  • если они действуют в пределах Попущения Божиего, позволяющего им ошибаться и творить отсебятину вопреки Промыслу Божиему, то такого рода информация им не даётся и для них принцип «практика — критерий истины» работает постфактум по отношению к неприятностям и катастрофам, что является основанием для того, чтобы подумать о причинах «невезения».

И это обстоятельство ставит нас перед необходимостью понимать различие интуиции, воображения и памяти.

Практически каждый может вспомнить ситуации, когда «внутренний голос» или некое предощущение предупреждало его, что не надо делать что-то конкретное, или возникала убеждённость в безальтернативной необходимости сделать нечто конкретное[4]. Такого рода ситуации для большинства людей соотносятся с ситуациями-продолжениями, которые относятся к двум взаимоисключающим классам:

  • в тех случаях, когда индивид следовал рекомендациям «внутреннего голоса» и предощущениям, каких бы то ни было неприятностей не происходило;
  • в тех случаях, когда он отвергал рекомендации «внутреннего голоса» и предощущений, то происходили неприятности либо ему едва-едва удавалось их избежать, подчас по не зависящим от его воли причинам.

Но также многим памятны ситуации, когда их воображение рисовало кошмары, которые якобы уже произошли за пределами их восприятия либо якобы могут произойти в будущем, а потом оказывалось, что эти кошмары были плодом их вымыслов, т.е. реально за пределами их восприятия события протекали достаточно благополучно (а если и не благополучно, то без какой бы то ни было сюжетной общности с их кошмарами) и опасения в отношении будущего оказывались напрасными.

Но воображение может не только рисовать мнимо происходящие кошмары в прошлом, настоящем и будущем, но и в большей или меньшей мере подменять реальную память о действительно происшедших событиях, участником которых был сам индивид. Этот порок психики (вследствие неправильного воспитания) свойственен подавляющему большинству людей. Единственно эффективное средство избавления от него — научиться вызывать в сознание тот поток чувств, которые реально имели место в период, когда индивид был участником событий, о которых он пытается вспомнить. В русском языке это явление в психике индивида характеризуется словами «пережить заново»[5].

Если вызвать в сознание самоощущение — настроение, — которое было свойственно индивиду в то время, когда его о чём-то предостерегали «внутренний голос» и предощущения; а потом и настроение того времени, когда его воображение рисовало кошмары, то придётся признать, что это были два качественно различных типа самоощущений — настроения, а точнее — эмоционально-смыслового строя.

И это приводит к вопросу о наилучшем (в смысле обеспечения безопасности и эффективности деятельности) эмоционально смысловом строе психики личности.

 

[1] http://www.testpilot.ru/russia/bolthovitin/bi/bi1.htm.

[2] Слова «возникли», «появились», — может быть, — более привычны, но если соотноситься с понятием о триединстве материи-инфор­мации-меры, то точнее и по существу будет сказать: объективные возможности открылись в течении процесса в его конкретике в соответствии с матрицей возможных состояний. Возможности не могли «возникнуть», «появиться», поскольку изначально наличествовали в Мере — в Матрице-Предопределении бытия Мироздания.

[3] Однако для обыденного Я-центричного управленчески безграмотного понимания иерархия значимости управленческой информации представляется обратной: наиболее значим фактически свершившийся выход процесса за пределы допустимого и наименее значима информация о «каких-то там открывшихся возможностях».

О том, что выход за пределы реально, а не теоретически допустимого — уже начавшаяся катастрофа, а управление открытием возможностей и тенденциями — наиболее эффективно как в смысле достижения целей, так и в смысле минимума расходов мощности и иных ресурсов, — об этом управленчески безграмотное Я-центричное миропонимание не догадывается.

[4] Когда «внутренний голос» настоятельно рекомендовал сделать что-то конкретное — существенно более редкие события.

Причина этого в том, что человеку Свыше предоставлена свобода выбора целей и линии поведения, и если он действует в пределах допустимого в русле Промысла, то его не заставляют делать что-либо из того, к чему у него «душа не лежит». Но если он, сохраняя приверженность Промыслу, в чём-то ошибается, ему следуют намёки Свыше о том, что не надо делать что-то конкретное, что он намеревается делать или во что его вовлекают обстоятельства или другие люди персонально.

[5] В практике саентологии этому соответствует термин «recall» — в прямом значении: «повторный вызов» — подразумевается «повторный вызов потока чувств».