7. Корпоративность под покровом идей

 

Однако пока для подавляющего большинства населения Земли главным в их жизни представляется деятельность в общем всем «внешнем мире», направленная на преобразование вещественных объектов с целью стяжания и потребления потому, что им кажется, будто бы именно она (а точнее — достигнутый ими спектр потребления[1]) определяет качество их жизни[2].

Кроме того, люди, даже если они и не понимают, то всё же чуют, что коллективная деятельность, в которой они соучаствуют, обеспечивает им более высокое качество жизни (в смысле стяжа­ния и потребления вещественных объектов, характера и условий труда), нежели они смогли бы достичь на основе своего единоличного труда в отрыве от общества и поддерживаемой им цивилизации. Поэтому люди в большинстве своём принимают исторически сложившийся в их обществе толпо-“эли­тарный” режим коллективной деятельности в общем всем «внеш­нем мире»[3], хотя многие осознают, что поддерживаемый ими режим в большей или меньшей степени в чём-то угнетает и уродует, а в чём-то развращает нравственно каждого из них, а также и их близких. Но и настроения неприятия исторически складывающегося режима коллективной деятельности, выражающие себя в политической активности крайне малочисленных групп населения, большей частью тоже по существу направлены на изменение режима стяжания и потребления, поскольку они сосредотачивают своё внимание и усилия на изменении внутриобщественных взаимоотношений людей, не задумываясь о том, что, в неприемлемых для них внутриобщественных отношениях выражается статистическое ра­спределение членов этого общества по нравственно-психо­ло­ги­чес­ким типам; и что, если они не будут работать с людьми непосредственно, помогая всем, с кем их сводит Жизнь, осознать и воплотить в себе идеал человека, то и в случае достижения ими успеха в изменении внутриобщественных взаимоотношений и государственного устройства люди в их большинстве всё равно не станут счастливы вследствие сохранения в обществе прежних недочеловеческих нравственно-психологических типов и алгоритмики их воспроизводства в последующих поколениях.[4]

Так формируемые экзотерической культурой безсознательный автоматизм отношения или предубеждение о том, что главным в жизни является стяжательско-потребительская деятельность, порождает наряду с прочими ситуационно обусловленными зависимостями от тех или иных обстоятельств, прежде всего, самую главную — психологическую зависимость личности от исторически складывающегося режима коллективной деятельности, в которой личность соучаствует, вне зависимости от лояльности или оппозиционности личности исторически складывающемуся режиму.

При этом — вследствие недоступности «внутреннего мира» других людей для непосредственного восприятия из него информации окружающими в их большинстве — существующая у множества людей потребность в организации коллективной деятельности в русле того или иного объединяющего их алгоритма находит своё выражение в культуре общества как разного рода «большие» и «малые» идеи. И люди — на основе своеобразного понимания каждым из них идей — вовлекаются в коллективную деятельность вместе с теми знаниями и навыками, носителями которых они являются; вовлекаются либо потому, что эти идеи действительно выражают устремления их объективной нравственности[5], либо вовлекаются под давлением обстоятельств, от которых им некуда деться или которые они не в силах изменить или преодолеть, вследствие своей психологической зависимости от режима коллективной деятельности.

Оставаясь же в ограничениях господствующей экзотерической культуры, они не могут избавиться от этой зависимости, и соответственно, — не могут выработать самостоятельно необходимые для освобождения знания и навыки.

Но всё же «большие» и «малые» идеи, под знамёнами которых протекает коллективная деятельность, — в толпо-“элитарных” обществах — только оболочки, в которых предстаёт обусловленная воздействием экзотерической культуры ориентация алгоритмики психики большинства на преобразовательную и стяжательско-по­тре­би­тельскую деятельность в общем всем «внешнем мире». И если не вдаваться в рассмотрение существа самих «боль­ших» и «малых» идей, наличествующих в культурах разных обществ, то:

Под оболочкой идей можно увидеть не зависящие от самих идей (от их содержания и формы выражения) единые общие принципы формирования маленьких и больших[6] корпораций и корпоративных эгрегоров, порождаемых приверженцами каждой из идей в случае, если они (при­вер­женцы той или иной идеи) являются носителями нечеловечных типов строя психики.[7]

Однако, чтобы под оболочками разного рода «больших» и «ма­лень­ких» идей увидеть эти принципы в действии в реальной жизни, необходимо предварительно договориться об определённости понимания (по крайней мере, в контексте настоящей работы) таких слов и соответствующих им в жизни личностных качеств индивида, как «воля» («сила воли») и «безволие», а так же и об определённости понимания слова и явления «корпоративность».

Под «волей» в самом общем смысле этого слова в данном контексте мы понимаем способность индивида подчинять достижению ставших достоянием его внимания осознаваемых им целей,[8] разного рода ресурсы, обстоятельства и течение событий, (иначе говоря, воля — осознаваемая индивидом целенаправленность его разного рода способностей).

*          *          *

При этом необходимо понимать, что объективно в личностной алгоритмике психики в целом наличествуют и какие-то цели, которые не улавливает внимание человека: среди них могут быть как осознаваемые цели, так и не осознаваемые. Тем не менее алгоритмика психики учитывает всю совокупность целей в процессе выработки линии поведения и осмысления жизни. Цели, не ставшие достоянием внимания (как осознаваемые, так и не осознаваемы), образуя в объективном векторе целей личности особую подгруппу, могут порождать разного рода дефективность вектора целей, включающего в себя осознаваемые цели, ставшие достоянием внимания. Они и процессы, с ними связанные, характеризуются неспособностью личности выразить их в определённой лексике без помощи других людей. Если цели, на которые объективно работает алгоритмика психики не стали достоянием внимания и не осознаются в качестве таковых, то нет и осознанной целеустремлённости, а следовательно — личностной воли, и индивид действует на основе побуждений. В таком случае он, если не пребывает при человечном строе психики и не водительствуем Свыше, представляет собой зомби или мало чем отличается от животного.

Со сказанным следует соотнести издревле дошедшую до нас русскую поговорку: «У человека воля, у животного — побудка», которая почти прямо указывает, что в народном понимании субъект без воли — не человек по своей сути.

*                     *
*

Объектами приложения личностной воли могут быть: прежде всего — сам субъект (его биополе и тело, и в частности — информационно-алгоритмическое наполнение психики), а также — окружающие его объекты и другие субъекты. Сила воли проявляется как способность осознанно-целесообразно преодолевать самого себя и обстоятельства как внешние, так и внутренние (по отношению к алгоритмике психики человека). Соответственно, в дополняющем рассмотрении вопроса о «личностной воле», если стать на позиции какого-то другого субъекта, — его воля может проявляться и как способность не подчиняться (проти­во­стоять) давлению обстоятельств (уклоняться от них), включая и давление первого волевого субъекта и иных волевых субъектов.

При этом воля всегда действует в психике личности с уровня сознания; с безсознательных уровней психики действуют соответствующие им собственные автоматизмы и наваждения извне.

Но свобода воли особи биологического вида «Человек разумный» недостижима вне человечного строя психики, в котором даруемая Богом Любовь, будучи совокупностью совершенства, освобождает психику от привязанностей и их диктата, вследствие чего воля и обретает свободу, будучи поддерживаема Промыслом Божьим, а в проявлениях силы воли (как способности осознанно-целесообразно преодолевать самого себя и обстоятельства) — не возникает необходимости.

Безволие — неспособность к волевым действиям в указанном ранее смысле.[9]

Соответственно невольник — субъект, не обладающий волевыми качествами либо вообще, либо утративший их на более или менее продолжительное время в результате каких-то его субъективных (внутренних) причин или под воздействием каких-то внешних обстоятельств[10].

Но приводят ли к успеху волевые проявления субъекта в процессе достижения им целей либо же нет, это — другой вопрос. Иными словами, эффективность воли обусловлена навыками управления по полной функции как таковыми, и воля достигает успеха соответственно мере освоения носителем воли[11] навыков, необходимых для осуществления избранных им целей. В вопросе же наличия воли как таковой безотносительно к оценкам её эффективности в приложении к тем или иным явлениями значимо проявление субъектом в жизни такого рода способности к подчинению ресурсов достижению осознаваемых им целей (в том числе и других субъектов, расцениваемых им субъективно в качестве ресурсов, либо объективно оказавшихся в складывающихся вокруг них обстоятельствах ресурсами[12] того или иного рода).

Такое понимание «личностной воли» предполагает, что в жизни возможны ситуации, в которых воля одних не совпадает с намерениями и волей других (конечно, если у них есть воля, т.е. если они не невольники), и тогда может встать вопрос[13] о том, кто кого «переволит»[14], т.е. подчинит в большей или меньшей степени себе другого — вне зависимости от его намерений и воли — вместе с подвластными тому ресурсами разного рода (включая его личностные) или без них. В случае успеха в такого рода действиях подчинившийся субъект станет средством воплощения воли субъекта, его подчинившего.

Процесс подчинения, в случае его успеха, может завершиться одним из двух вариантов:

  • подчинившийся сохранит свои волевые качества, но в определённых жизненных обстоятельствах будет действовать с оглядкой на то, как он чувствует и понимает целенаправленность воли субъекта, его подчинившего;
  • утратив волю, в результате нравственно-психоло­гичес­кого над­лома, станет «зомби» — безынициативным тупым исполнителем воли подчинившего его субъекта. При этом:
    • ► в тех аспектах своей жизни, что связаны с их общей деятельностью, такие люди заискивающе исполнительны по отношению к подчинившему их “хозяину”,
    • ► а в прочих — либо «никакие» («ни рыба, ни мясо»), либо вседозволенно распущенные в своём поведении по отношению к окружающим (если это имеет место, то выражается тем более ярко, чем выше иерархический статус “хозя­ина” в толпо-“элитарной” организации общества[15]).

Один из общественно значимых случаев противоборства воль разных субъектов представляет собой оказание психологического давления одним субъектом на другого (других) с целью добиться подчинения его воли своей или нравственно-психологического слома, обращающего другого в невольника. Оно может быть прямым (непосредственным), либо косвенным (опосредованным), либо может сочетать в себе и непосредственное, и опосредованное воздействие друг на друга.

*           *          *

С прямым психологическим давлением в парных отношениях — всё просто, по крайней мере, — на словах. Но в жизни для подавляющего большинства взращённых общей всем нам экзотерической культурой понимание всего этого не так просто потому, что:

  • во-первых, это требует развитости навыков чувствовать те явления и процессы, о которых пойдёт речь[16];
  • во-вторых, может оказаться, что прочувствовать на себе многое из этого в реальных жизненных ситуациях — как минимум неприятно, а как максимум — опасно и для себя самого, и для окружающих[17].

Многое из того, с чем приходится сталкиваться в жизни толпо-“элитарного” общества, — не соответствует этике взаимоотношений людей при человечном строе психики. Но то, о чём пойдёт речь, надо знать; надо уметь это видеть в жизни (в себе и в других), — однако вовсе не для того, чтобы этим злоупотреблять в отношении других в потребительской конкуренции с ними, а для того, чтобы эффективно защищать себя и окружающих от злоупотреблений такого рода, будь они вольными или невольными в поведении других.

Поэтому то, о чём пойдёт речь, большей частью лучше вообразить в своём «внутреннем мире», изолировав его предварительно от общего всем «внешнего мира», чтобы умозрительные эксперименты, проводимые во «внутреннем мире» не отозвались реальными неприятностями в общем всем «внешнем мире» (для этого необ­хо­димо мысленно вообразить границу, и по завершении умозритель­ного эксперимента мысленно «обнулить» его процессы-носители во «внут­рен­нем мире» собственной психики).

Своему воображению, если не хватает навыков и самодисциплины, можно помогать и рисованием.

Но при этом не надо говорить самому себе (а равно соглашаться со своим «вну­трен­ним монологом»), что «это невозможно», потому, что такая собственная волевая установка или согласие с аналогичным по смыслу «внутренним монологом» — программирование алгоритмики своей психики на неспособность осуществить не то, что «чудо» (событие с исчезающе малой вероятностью самореализации), но и на неспособность осуществить то, что почти объективно неизбежно (собы­тие с близкой к единице вероятностью самореализации — почти 100 %-ной).

*                      *
*

В прямом психологическом противоборстве биополя двух субъектов замыкаются друг на друга. Это может быть непроизвольное замыкание, но оно может быть и произвольным (хотя бы с одной стороны), — требующим осознанного владения навыками настройки параметров собственного духа (био­поля, параметров настройки чакр на излучение и восприятие колебаний физических полей, соответствующих каждой из них) на режим, допускающий подключение к духу (биопо­лю) другого в режиме порождения единой полевой энергетической системы. Т.е. необходимо возникновение отождествления партнёров друг с другом по параметрам полей, входящих в состав духовности человека и несущих её информационно-алго­рит­ми­ческую составляющую: состав излуча­е­мых полей, несущие частоты и обертоны, поляризация и т.п. Если этого нет, то нет и возможности информационно-алгорит­ми­ческого взаимодействия сторон, и их психологическое противоборство может носить только опосредованный характер, проявляясь через объекты и субъекты посредники, на которые оказывает воздействие каждая из сторон непосредственно или опосредованно (через те или иные эгрегоры).

Если на этих принципах образуется единая энергетическая биополевая система, то в ней наличествуют два субъекта, каждый из которых в принципе способен управлять ею в некотором режиме[18].

В этом случае при рассмотрении психологического противоборства в аспекте обмена сторон энергией друг с другом есть два крайних варианта:

  • «подпитать» подчиняемую сторону энергетикой (духом) подчиняющей стороны так, чтобы уровень мощности собственной духовности подчиняемой стороны, несущей её информационно-алгоритмическую составляющую, «затерялся» бы на фоне уровня мощности «подпитки», несущей информационно-алгоритмическую составляющую духовности подчиняющей стороны. Иными словами, «подпитать» означает:
    • ► энергетически заглушить сигнал, несущий активную алгоритмику и соответствующую ей информацию в психике подчиняемой стороны;
    • ► перевести биоэнергетическую физиологию подчиняемой стороны в иной режим функционирования, что может сделать невозможным осуществление подчиняемой стороной свойственной ей алгоритмики или активизирует в ней какую-то другую, прежде неактивную алгоритмику (и то, и другое — возможно с переключением подчиняемой стороны между различными эгрегорами или изменением её статуса в его прежних эгрегорах).
  • «обесточить» другого, перекачав в дух подчиняющей стороны энергию биопóля подчиняемой стороны, преобразуя при этом упорядоченность входящего потока энергии в соответствии с информационно-алгоритмической составляющей духовности подчиняющей сто­роны, что необходимо для недопущения активизации в своей психике информационно-алгорит­ми­ческой составляющей духовности подчиняемой стороны (своего рода «обну­ле­ния» её).

В каких-то алгоритмах противоборства воль разных субъектов этап, названный выше «обесточить», может предшествовать этапу, названному «подпитать». В каких-то других алгоритмах противоборства воль разных субъектов попытка осуществить режим «подпитать» может завершиться неудачей, обратившись для затеявшего её (или втянувшегося в неё) субъекта в свою противоположность: сторона, посягнувшая на подчинение, может «обес­то­читься» вследствие волевых или непроизвольных действий другой стороны, после чего нравственно обусловленная целеустрёмленность «обесточившей» противника стороны — её воля (и сопутствующая ей эгрегориальная алгоритмика) — может во многом определить последствия этого «обесточивания». Так же и режим «обесточить» — в случае неспособности подчиняющей стороны преобразовать упорядоченность входящего потока энергии в соответствии с информационно-алгоритмической составляющей своей собственной духовности — может оказаться аналогичным тому, что посягнувший на подчинение другого проглотил «мину» с запущенным в действие алгоритмом подрыва.

Если рассматривать информационно-алгоритмическую составляющую процесса противоборства личностных воль двух субъектов, то в ней можно выявить тоже два крайних варианта:

  • Лучший. При обнаружении несовпадения воль, процесс противоборства не успев начаться, переходит в выработку в тандемном режиме деятельности[19] единообразного, жизненно состоятельного понимания актуальной для обеих сторон проблематики. Это позволяет в такого рода случаях выявить и снять многие ошибки субъективизма каждой из сторон, порождающие конфликт их воль, и открыть возможности и пути совместного бесконфликтного развития. При этом тандемный режим исключает как «обес­точивание» любой из сторон[20], так и подавление её алгоритмики психики в режиме энергетической «подпитки». Но необходимо знать, чувствовать и понимать: тандемный режим требует активности воли каждой из соучаствующих в нём сторон (отсутствие или подавленность воли хотя бы одной из сторон делает тандемный режим неосуществимым).
  • Худший. Подменить в алгоритмике психики противоборству­ющей стороны её волю своей волей, что возможно осуществить одним из двух способов:
    • ► вклиниться между сознанием и безсознательными уровнями психики противоборствующей стороны и взять на себя управление информационно-алгоритмическими и прочими ресурсами её безсознательных уровней (это происходит, когда индивид оказывается под воздействием гипноза, но это же может быть достигнуто и в режимах энергетической «подпитки» как самостоятельной, так и после «обесточи­ва­ния»);
    • ► войти в чужую алгоритмику психики, замаскировав свою информацию и алгоритмику, выражающие свою волю, под информацию и алгоритмику, свойственные психике второй стороны[21] (как вариант: может быть внедрена заведомо лож­ная информация как о своих намерениях, так и информация, уводящая противника в его намерения к не свойственным ему или ложным целям; одним из способов осуществления этого употребление разного рода двусмысленностей в результате чего люди принимают двусмысленность в соответствии со своим пониманием её смысла, а сопутствующая словам и действиям духовность людей, от которых они принимают двусмысленности, несёт в каких-то умолчания другой смысл, который и включается в алгоритмику выработки ими своего поведения в обход их сознания и воли).[22]

Но, рассматривая проблематику противоборства личностных воль, необходимо помнить о том, что:

Каждый человек своими безсознательными уровнями психики включается (всегда включён) в какую-то коллективную психику, — в те или иные эгрегоры (при этом на какие-то эгрегоры он может замыкаться и через уровень сознания в своей психике).

Хотя человек в разные моменты времени может замыкаться на разные эгрегоры, переключаясь между ними произвольно или непроизвольно, но в каждый момент времени он является представителем тех или иных определённых[23] эгрегоров, в которые он в данный момент включён в смысле общности энергетики и информационно-алго­ритмической составляющей своей духовности. При этом воля субъекта может опираться на алгоритмику эгрегоров, действуя вне её русла; но она может действовать и исключительно в русле эгрегориальной алгоритмики, не имея возможности выйти за её пределы, если эгрегориальное управление в отношении человека и обстоятельств его жизни обладает такого рода спецификой — изолировать от эгрегориально чуждых информационных потоков[24].

С другой стороны эгрегориальная алгоритмика всегда сопутствует воле человека, действуя независимо от неё как запрограммированный автомат[25]. И могут быть такие варианты, в которых сопутствующие воле человека проявления эгрегориальной алгоритмики оказываются не целесообразными по отношению к его воле: вплоть до того, что полностью подавляют возможности воплощения его воли в жизнь или в большей или меньшей степени обесценивают её результаты либо в глазах самого человека или в глазах окружающих.

Если помнить о неизбежной включённости в каждый момент времени всякой личности в те или иные эгрегоры (наличии информационно-энергетического взаимодействия личности и эгрегора в русле объединяющей их в замкнутую систему алгоритмики), то остаётся сделать выводы о том, что:

  • энергетическая мощь эгрегора может ретранслироваться через личность и «глушить» информационно-алгоритми­чес­кую составляющую духовности тех, кто вступает в психологическое противоборство с этой личностью (или просто оказывается в тех или иных взаимоотношениях с ними — личностью и эгрегорами), подавляя их энергетически:
    • ► как под воздействием произвольного обращения личности к поддержке со стороны своего эгрегора;
    • ► так и помимо воли самой личности (сопутствуя ей).
  • алгоритмика эгрегора способна подменять собой волю личности в случаях, если:
    • ► субъект волей в ранее определённом смы­с­ле этого слова не обладает, т.е. он — невольник;
    • ► когда субъект на какое-то время утрачивает самообладание, тем самым открывая возможности к подавлению его воли алгоритмикой и энергетикой эгрегора или открывая возможности к отсечению его воли от управления его поведением;
  • алгоритмика психики личности может быть фрагментом эгрегориальной алгоритмики;
  • эгрегор может быть автоматически действующим или субъективно управляемым в темпе течения событий средством оказания опосредованного пси­хо­логического давления на личность[26], оказавшуюся в зоне действия его периферии[27] (или включившуюся в него) и расценённую алгоритмикой эгрегора[28] в качестве объекта воздействия каких-то других специфических компонент эгрегориальной алгоритмики.

*          *           *

Также следует подчеркнуть, что выше описаны возможности, а не однозначная предопределённость взаимодействия личности и эгрегоров. Что именно происходит при включении личности и в процессе её взаимодействия с тем или иным определённым эгрегором, определяется типом строя психики личности, её объективной нравственностью и информационно-алгоритмическим наполнением психики личности и конкретных эгрегоров, параметрами энергетики (мощность излучения определённых видов полей, их набор, частотные диапазоны и т.п.) личности и эгрегоров.

*                      *
*

Кроме того психике всякой личности свойственны инстинкты и привычки (автоматизмы) действий как во «внутреннем», так и в общем всем «внешнем» мире, почёрпнутые из культуры общества или выработанные самостоятельно. Большей частью эти компоненты алгоритмики психики не обусловлены взаимодействием личности с эгрегорами. Какие-то из них могут быть подвластны воле субъекта, а какие-то могут отрабатываться алгоритмикой психики помимо воли либо требовать изрядных волевых усилий для своего сдерживания или активизации.

Выше описаны только некоторые из наиболее общих принципов, которые могут проявляться в непосредственном или опосредованном психологическом противоборстве воль личностей, всегда пребывающих в неизбежных связках с теми или иными эгрегорами. Объективная нравственность, определяющая алгоритмику личностной психики, и определённая информация, носителем которой является каждая личность, придаёт своеобразие проявлению этих принципов в жизни и их детализации. При этом надо помнить и о том, что Божья воля всегда соучаствует во всём, в том числе и в этом, осуществляя Промысел.

Высказав это, определимся в понимании явления, именуемого словом «корпоративность».

Корпоративность — объединение индивидов для осуществления коллективными усилиями их личных целей (отчасти осознаваемых, так и объективно сопутствующих осознаваемым, которые могут не осознаваться и не всегда сочетаться с осознаваемыми[29]), не осуществимых в одиночку и потому ставших на какое-то определённое время для них вынужденно общими или взаимно дополняющими, достижение которых представляется им возможным в течение ограниченных сроков — в пределах продолжительности жизни каждого из них (возможно, что по принципу «чем быстрее и полнее — тем лучше»). И хотя корпорации могут существовать на протяжении жизни многих поколений, но всякая корпорация рассыплется, если в каком-то поколении критическая (по отношению к её устойчивости в обществе) масса слагающих её индивидов не получит от неё «прямо сейчас» (или в «разумные сроки» в обозримом будущем) того, чего вожделеет[30].

Также обратим внимание на то, что приведённое выше понимание явления корпоративности вовсе не предполагает, что корпоративность выражается в наличии штатного расписания корпорации, в котором перечислены все её участники, их должности, должностные права и обязанности. Достаточно, чтобы были общие или взаимно дополняющие друг друга интересы, и их носители действовали в жизни соответственно им и опознавали друг друга в качестве «своих людей», «людей своего круга», отличая их от «чужих». То есть корпоративность — один из ликов индивидуализма, обособляющего (или противопоставляющего) себя всему остальному обществу, но не в одиночку, а коллективно.

Поскольку исторически реально разного рода корпорации, оказываются связанными с государственностью, то определимся и в понимании термина «государственность».

Государственность отличается от корпоративности тем, что государственность представляет собой систему профессионального управления и организации коллективной деятельности многих людей в русле стратегии (концеп­ции), охватывающей жизнь многих поколений. И потому государственность в чём-то выходит за пределы сиюминутных личных или корпоративных интересов людей, сдерживая и ограничивая сиюминутно ориентированные личные и корпоративные интересы, а в ряде случаев принуждая людей и корпорации к деятельности вопреки их интересам. При этом государственность может включать в себя те или иные корпорации и действовать, опираясь на них; но может и подавлять какие-то другие корпорации.

Теперь, на основе высказанной определённости в понимании затронутого ранее в настоящем разделе, можно перейти к рассмотрению психологической подоплёки коллективной деятельности под оболочками «больших идей» в толпо-“элитарных” обществах.

____________

Когда появляется новая «большая идея» и она получает достаточно широкую известность в обществе (или «старая» идея переживает пик возобновления интереса к ней), то приверженцы такой идеи неизбежно так или иначе втягиваются в коллективную деятельность под её знамёнами (это касается всех без исключения обществ, а не только обществ с явно выраженной толпо-“элитар­ной” структурой).

При этом нет однозначной обусловленности «смысл идеи — реальный строй психики её приверженцев», поскольку работа с идеями — удел интеллекта (ума-разума), который представляет собой только один из функционально специализированных фрагментов психики в целом и может быть активен и достаточно работоспособен при любом типе строя психики. В толпо-“элитар­ных” обществах как давние приверженцы идеи, так и «нео­фи­ты»[31], большей частью являются носителями нечеловечных типов строя психики, ориентированными на деятельность в общем всем «вне­ш­нем мире». Соответственно этой ориентации, восприняв в свою психику идею (в особенности «большую идею») осознанно-интел­лекту­аль­но или эмоционально (т.е. безсознательными уровнями психики), они большей частью всё же воспринимают её безсознательно-авто­матически не содержательно (т.е. не соответс­т­вен­но смыслу её самой), а «отно­сительно» (т.е. безразлично по отношению к её содержанию) — в качестве средства для осуществления стяжательско-потреби­тель­ской деятельности корпоративного характера, позволяю­щего изменить характер управления ресурсами общества (как природными так и людскими) и если не победить в конкурентной борьбе за потребление с корпорациями, сложившимися или складывающимися на основе каких-то иных идей, то потеснить их настолько, чтобы по спектру потребления и степени независимости личности от общественно-экономических обстоятельств приобщиться к “эли­те” этого или перестроенного общества. Поэтому толпо-“элитар­ное” общество, особенно утратившее явную сосло­в­но-кастовую наследственно-клановую градацию толп и “элит”, всегда испытывает дефицит «больших идей» (а равно иллюзий «больших идей», эффективных в смысле способности одурманить толпы и увлечь их за собой[32]); и в нём всегда есть субъекты, не удовлетворённые своим социальным статусом, для которых «осе­длать» «большую идею» (а равно и достаточно эффективную в смысле одурманивания толпы иллюзию «боль­шой идеи») — шанс вознестись в “эли­ту” тем быстрее, чем эффективнее будут их усилия по распространению в обществе этой идеи (а равно иллюзии) и подчинению идеи — себе, а политики государства — идее или как бы идее (т.е. своей её интерпретации, а по существу — тоже себе).

Сказанное касается статистики отношения в толпо-“элитар­ных” обществах ко всем «большим идеям» и дурманящим иллюзиям «больших идей» в истории без исключения: откровенно демоническим идеям, ориентированным на установление безраздельного мирового господства помимо Бога теми или иными субъектами (на единоличной или корпоративной основе); относительно “безобидным” идеям типа коллекционирования чего-то “эта­кого” или низкопоклонства «фанатов» перед их кумирами от «шоубизнеса», в чём бы «шоубизнес» ни выражался в каждую историческую эпоху; идеям, выражающим Откровения Свыше о смысле Промысла[33] — смысле жизни личности, обществ, человечества.

Освоение «больших идей» (а равно их иллюзий)в смысле эксплуатации их в интересах стяжательско-потреби­тель­ской деятельности — в толпо-“элитарном” обществе протекает двумя потоками, которые никогда не могут ни окончательно разделиться, ни окончательно объединиться.

Поскольку оба потока различаются именно по волевым качествам их участников, то ранее пришлось уделить особое место выработке определённого понимания воли и её проявлений в жизни.

В один поток вовлекаются люди, обладающие волевыми качествами, и они образуют собой корпорацию[34], которую распространяют (продвигают) в общество, действуя по принципу «подчиня­ясь — подчиняй». В общем случае этот принцип в корпоративной деятельности имеет две модификации:

  • Первая, когда все участники корпорации действуют в согласии с объединяющими их в корпорацию взаимно совместимыми личностными интересами и все вместе образуют собой иерархию, в которой определено, кто кому подчинён.
  • Вторая, когда в корпорацию эксплуататоров идеи внедряется периферия корпорации носителей каких-то других интересов, которым деятельность первой корпорации так или иначе представляет собой помеху. В их исполнении принцип «под­чинясь — подчиняй» превращается в имитацию соблюдения ими норм корпоративной дисциплины (первая половина: «под­чиняясь…») с целью подчинения себе той корпорации, в которую они смо­гли проникнуть (вторая половина «… подчиняй»). Эту вторую модификацию можно назвать: «как бы подчинись — добейся признания в качестве своего, после чего — подчини».

Но если смотреть с позиций второй корпорации, то вторая модификация этого принципа возникает как результат внедрения своего принципа «подчиняясь — подчиняй» в его первой модификации в иерархию чуждых корпораций.

Иными словами в направлении «от себя» принцип «под­чи­няясь — подчиняй» всегда выражает корпоративные интересы той корпорации, к которой принадлежит его носитель; а в направлении «к себе» он может выражать как корпоративные интересы своей корпорации, так и корпоративные интересы тех корпораций, к которым принадлежат «агенты влияния» и «агенты двойники», приобщившиеся к рассматриваемой кор­порации.

Обе модификации этого принципа в процессе освоения толпо-“элитарным” обществом «больших идей» в смысле их экс­плу­атации в корпоративных интересах имеют место. И хотя первая модификация при успешном распространении идеи носит количественно преобладающий характер, однако вторая модификация в толпо-“элитарном” обществе может оказаться более властной (это определяется как самой идеей, так и сопут­ству­ющими обстоятельствами). В последнем случае происходит своего рода «пере­хват идеи»[35] одной мафиозной корпорацией у другой мафиозной или публичной корпорации. В этом случае характер эксплуатации идеи не изменяется, хотя меняется персональный состав верхушки иерархии эксплуататоров идеи.

При этом необходимо особо подчеркнуть, что эффективность деятельности корпорации, образуемой на основе принципа «под­чинясь — подчиняй» в обеих его модификациях, во многом обусловлена инициативой и волевыми качествами её участников. Соответственно, если психологическое противоборство воль разных субъектов завершается тем, что кто-то психологически ломается и становится безвольным, то он отторгается корпорацией, складывающейся на принципе «подчиняясь — подчиняй», поскольку безвольный не способен ни к самодисциплине при подчинении, ни к подчинению корпорацией в его лице вовлекаемых в неё новых членов, а также тех, кто уже занимает в ней иерархически низшее положение, и кроме того — участников других корпораций, деятельность которых первая корпорация так или иначе стремится подавить.

Однако положение субъекта во внутрикорпоративной иерархии не определяется однозначно всеохватностью (по отношению ко множеству общественных и природных процессов) и мощью его воли. Корпорация несёт всю полную функцию управления или достаточно ёмкую последовательность каких-то её фрагментов. Каждый из этих фрагментов объективно требует для своего осуществления определённых навыков (в особенности навыков чувствования ситуации и других участников корпорации) и знаний (инфор­мирован­но­сти). Кроме того, общество, в котором формируется корпорация, (и соответственно её участники персонально) может быть чувствительно и ко внекорпоративному иерархическому статусу личности в сложившейся системе толпо-“элита­риз­ма”. Поэтому положение во внутрикорпоративной иерархии (при условии её эффективной деятельности) реально определяется, пре­ж­де всего прочего, — знаниями и навыками, необходимыми для осуществления соответствующих этапов полной функции управления, чему должно сопутствовать наличие волевых качеств, а при необходимости — наличие внекорпоративного социального статуса и т.п.

При этом в толпо-“элитарных” социальных системах прослеживается соответствие между этапами полной функции управления и внутрикорпоративным иерархическим статусом: «чем ближе субъект к начальным этапам полной функции управления (концеп­ту­аль­ной и идеологической власти, соответственно) — тем выше иерархический статус субъекта».

Это соответствие обусловлено тем, что экзотерическая культура толпо-“элитаризма” распределяет людей в статистическом смысле так, что способных к осуществлению деятельности на начальных этапах полной функции управления оказывается значительно меньше, нежели на последующих этапах (исполнитель­ного характера), не требующих инициативы и воли (см. сноску в разделе 3 с мнением Г.Форда по этому вопросу), а также не требующих тяжёлых и продолжительных трудов в освоении знаний и навыков.

Этот общий для толпо-“элитаризма” принцип проявляет себя и в построении всякой внутрикорпоративной иерархии под знамёнами какой-либо идеи, если корпорация под давлением обстоятельств или по воле её участников заботится о поддержании и наращивании эффективности своей деятельности (в общем всем «внешнем мире»)[36]. В этом случае претенденты на продвижение вверх по внутрикорпоративной иерархии, не обладающие необходимыми личностными качествами, если они не удовлетворены своим положением и не могут сдержать свои амбиции, перестают подчиняться дисциплине корпоративной деятельности и отторгаются корпорацией.

При этом во многом внутрикорпоративная дисциплина «под­чи­няясь — подчиняй» это — дисциплина личностно-иерар­хи­ческая:

  • в направлении “вверх” — дисциплина подчинения (испол­ни­тельности) личности вышестоящим в иерархии и ответственности перед ними,
  • а в направлении “вниз” — дисциплина распорядительности, проистекающей из подчинённости высшим (допус­ка­ется инициатива «в меру» — «по чину») и требовательности в отношении личностей, стоящих в иерархии ниже.

И вовсе необязательно, чтобы эти принципы внутрикорпоративной дисциплины были высказываемы в ходе коллективной деятельности. Корпорация «подчиняясь — подчиняй» может формироваться и на основе умолчаний, которые могут быть как реальными требованиями одних, предъявляемых ими к другим, так и плодом воображения носителей холопско-господской нравственности и этики даже в тех случаях, когда им предлагают равноправно товарищеский характер взаимоотношений. Вслед­ствие последнего обстоятельства корпорация может формироваться на этих принципах дисциплины даже вопреки оглашениям прямо противоположного смысла.

Сама же идея как таковая при господстве такого рода корпоративной личностно-иерархической дисциплины уходит в коллективной деятельности даже не на второй, а на третий план, поскольку:

  • на первом плане — внутрикорпоративная дисциплина в указанном смысле;
  • на втором плане — келейные (с глазу на глаз) интерпретации идеи субъектами соответственно положению каждого из них в личностной иерархии корпорации;
  • на третьем плане сама идея — как таковая — витает в корпорации в качестве знака-идентификатора в «фоновом режиме», вовсе не обязательно проявляя себя в деятельности её участников и корпорации в целом.

Соответственно ссылки по жизни кого-либо из приверженцев идеи на саму идею как таковую участниками корпорации не воспринимаются, если они не признают за ссылающимся на идею внутрикорпоративного иерархического статуса, предоставляющего внутрикорпоративное право ссылаться на идею непосредственно и трактовать её по жизни с тою степенью свободы, которую находит для себя допустимым её приверженец, конечно, если его интеллект позволяет трактовать и развивать идею.

Такой характер внутрикорпоративной дисциплины приводит к тому, что возникает особая категория приверженцев «большой идеи», не принадлежащая ни к первому ни ко второму потоку[37] её освоения толпо-“элитарным” обществом: они искренне и непреклонно (разве что за исключением возможных в жизни почти каждого человека краткосрочных эпизодов нравственно-психо­ло­ги­чес­ких или иного рода эмоциональных срывов), не взирая ни на что, служат идее как таковой в их понимании, не подчиняя своё поведение ни культовым интерпретациям идеи в обществе и в его социальных группах, ни внутрикорпоративной личностно-иера­р­хической дисциплине «подчиня­ясь — подчиняй». Они действуют каждый соответственно своему пониманию целесообразности в конкретных складывающихся обстоятельствах, и при этом они могут как соучаствовать в деятельности корпорации, так и служить идее как таковой (в её понимании каждым из них) вне корпорации. Однако, при взгляде извне образуя особую категориюнезависимых от мнений толпы, включая иерархов-толкователей идеи, — они внутренне психологически могут быть различны по типам строя психики каждого из них. К этой особой категории «независимых» могут принадлежать:

  • «зомби» — фанатики, запрограммированные (т.е. порабощённые) свойственной каждому из них интерпретацией идеи, и блюдущие неизменным свой “канон” её толкования и применения к обстоятельствам жизни;
  • демоны и носители человечного типа строя психики — способные к развитию идеи, обусловленному их нравственностью, информированностью, интеллектом, волей. Различие между демонами и человеками определяется содержанием «большой идеи» (не все «большие идеи» приемлемы человекам, не все «большие идеи» приемлемы демонам и эти множества приемлемых для каждого из нравственно-психоло­ги­чес­ких типов идей не во всём совпадают), которой верен каждый из них, и их сокровенной религией — личностными взаимоотношениями с Богом по жизни каждого из них.

Соответственно, если на основе принципа «подчиняясь — подчиняй» вокруг «большой идеи» складывается корпорация, то вне корпорации (или на её нижних ступенях, что во многом — одно и то же) оказываются субъекты:

  • не способные осуществить вторую половину принципа «под­чи­няй!» по своему безволию или по неспособности освоить идею на интеллектуальном уровне так, чтобы донести её до понимания других;
  • не способные осуществить первую половину принципа «под­чи­няйся!», причиной чего может быть:
    • ► либо также безволие, при наличии которого субъект оказывается не способным к поддержанию корпоративной дисциплины под воздействием разного рода природных факторов (в частности, — инстинктов, климатических и т.п.), а также и социальных факторов;
    • ► неудовлетворённость своим иерархическим положением в сложившейся корпорации безотносительно к волевым качествам;
  • «агенты влияния», выявленные или ложно опознанные в качестве носителей принципа «подчинись — добейся признания в качестве своего, после чего — подчини».

В двух последних случаях (неудовлетворённость и разоблачение «агентов влияния»), если субъект обладает некоторыми волевыми качествами и освоил необходимые знания и навыки, то он может положить начало построению параллельной корпорации вокруг всё той же идеи (как-то специфически её интерпретируя или обвиняя прежнюю корпорацию в её извращении или узурпации с целью своекорыстной эксплуатации).

Но неудовлетворённость своим иерархическим положением в корпорации (или разоблачение в качестве «агента влияния») он может попытаться реализовать и в построении корпорации “бор­цов” за искоренение «большой идеи», вокруг которой сложилась отторгнувшая (или не принявшая) его корпорация.

Кроме того, если деятельность корпорации «подчиняясь — подчиняй» оказывается обусловленной деятельностью тех или иных людей персонально, вследствие того, что именно они оказываются носителями необходимых для неё знаний, навыков, ключей и каналов доступа к каким-либо ресурсам и управления ими, то алгоритмика принципа «подчиняясь — подчиняй» в личностных взаимоотношениях или в эгрегориальном управлении может выражаться в создании и устойчивом поддержании системы зависимости такого рода личностей от корпорации и обстоятельств, порождаемых корпорацией вокруг этой личности. Эта система тем более развита, чем более зависит сама корпорация, принявшая на вооружение ту или иную «большую идею» от деятельности такого рода личностей.

Выстраиваемая в такого рода алгоритмике корпоративной деятельности система зависимости определённых личностей ориентирована не на подкуп и возвышение личности во внутренней иерархии корпорации, как могло бы показаться многим, а на обеспечение наиболее эффективной работы личности на корпорацию при целенаправленном создании обстоятельств, исключающих возможность произвольного ухода такого рода личностей из корпорации.

Соответственно этому принципу максимума эффективности в работе на корпорацию, корпоративная алгоритмика порождения и поддержания системы зависимости некоторых определённых людей в личностных и эгрегориальных её проявлениях выражается разнообразно: в изоляции личности от чуждых корпорации потоков информации; в удалении реальных и потенциальных помех работе на корпорацию, что может выражаться в создании семьи для обеспечения быта личности; в её разрушении, если члены семьи расцениваются корпоративной алгоритмикой в качестве помех работе; в поставке кандидатов в друзья и в удалении друзей из круга общения и их уничтожении; в порождении бытовой, и в частности финансово-экономической зависимости от корпоративной алгоритмики, в результате чего трудоустройство вне корпорации или без санкции корпорации (личностной или эгрегориальной) может оказаться невозможным при достигнутом личностью качестве своего развития; в целенаправленном создании проблем со здоровьем, чтобы оказывать поддержку через подконтрольную корпорации медицину; в поощрении наклонностей к избыточному комфорту или поддержанию быта «на всём готовом», создаваемом формальной или неформальной прислугой и т.п.

По существу в такого рода случаях корпоративная алгоритмика работает на обеспечение той степени несвободы личности, которой в прошлом обладал раб-гребец на галере, хотя в жизни — вследствие разнообразия необходимых корпорациям видов деятельности и личностной специфики — выражаться это положение «галерника» или близкое к таковому может в самых разнообразных вещественных и ситуационных проявлениях, вовсе не похожих на галеру, тюрьму и т.п.

При этом внутрикорпоративный иерархический статус личности, обладающей степенью несвободы «галерника», близкой или устремлённой к ней, может быть любым: от «никакого», даже самого низкого статуса во внутрикорпоративной иерархии, если эта личность расценивается корпоративной алгоритмикой просто в качестве принадлежащего ей «ресурса», однако обладающего высокой ценностью, — до первоиерарха в системе личностных взаимоотношений в корпорации или в её эгрегоре (т.е. до одной из двух внутрикорпоративных вершин, которые не всегда совпадают, поскольку могут быть локализованы в разных личностях).

Однако, если личность, вокруг которой строится или построена такого рода система жёсткой зависимости от корпорации, осознаёт этот факт и выявляет систему и алгоритмику функционирования её привязок, то для неё открываются возможности обрести свободу от этой системы зависимости, даже не разрывая своих взаимоотношений с корпорацией, по мере того, как она вырабатывает личностные качества и навыки, приобщающие её к соборности (в случае достижения ею человечного строя психики и соответствующей ему алгоритмики психической в целом деятельности) или приобщающие её к какой-то другой корпорации, которая властвует или способна обрести власть над первой корпорацией по принципу «подчиняясь — подчиняй» в обеих его модификациях (в случае выработки необходимых качеств и навыков при сохранении личностью нечеловечных типов строя психики).

Второй поток освоения толпо-“элитарным” обществом «боль­ших идей» (а равно их иллюзий) — в смысле эксплуатации их в интересах стяжательско-потребительской деятельности — составляют:

  • те, кого корпорация волевых субъектов, складывающаяся на принципе «подчиняясь — подчиняй», не приняла в свои ряды или отторгла, спустя какое-то время, и которые не приняли участия в построении параллельных корпораций «за» и «про­тив» идеи;
  • а также и те, кто занят какой-то иной деятельностью настолько интенсивно, что у них нет ни времени, ни сил для того, чтобы приобщиться к этой корпорации, хотя идея как таковая их заинтересовала и они не возражали бы, чтобы она (в их адекватном или иллюзорном понимании) воплотилась в жизнь. Поэтому воплощению идеи в жизнь они готовы содействовать своими эпизодическими действиями (но не систематически целесообразными, что отличает их от участников корпорации, которые действуют волевым образом систематически) и оказывать «боль­шой идее» и её систематически деятельным приверженцам так называемую «моральную поддержку».

Реально в толпо-“элитарном” обществе эта «моральная поддержка» и оказывается самым страшным и опасным явлением.

Дело в том, что она по своей сути представляет собой энергетическую накачку эгрегора, складывающегося под знаками-сим­во­лами[38] «боль­шой идеи» (а равно иллюзий «большой идеи») и достаточно типичных для этого общества её субъективных интерпретаций. Если заправилы корпорации «подчиняясь — подчиняй!», а также более или менее близкие к реализации себя в качестве человека люди в этом обществе оказываются неспособными управиться с этим эгрегором, то в эгрегоре происходит «энер­ге­ти­чес­кий пробой личности».

Энергетический пробой эгрегором личности характеризуется следующими свойствами:

  • кто-то из входящих в эгрегор приверженцев идеи слабоволен или утрачивает самообладание в какой-то момент и становится невольником или почти невольником;
  • поскольку он замыкается на эгрегор, энергия, накопленная в эгрегоре, прорывается в отсутствие активности его воли в его психику, сминая, подавляя и снося остатки его воли;
  • энергетическая «подпитка» от эгрегора «большой идеи», признанной субъектом своей, опьяняет и дурманит (если эмоции и не хлещут через край, то всё же субъект переживает эмоци­о­нальный подъём, будучи не в силах его осознанно осмыслить: т.е. смысл и эмоции должны быть всегда в осознаваемом соответствии друг другу);
  • в процессе энергетической «подпитки» эгрегориальная алгоритмика, сформированная отчасти идеей как таковой, а отчасти алгоритмикой психики входящих в эгрегор людей — в режиме адаптирующегося к обстоятельствам многовариантного автомата — ретранслируется через этого же опьянённого и одурманенного безвольного субъекта.

Причиной энергетического пробоя личности эгрегором со стороны эгрегора является достаточная для совершения пробоя энергетическая накачка эгрегора, а со стороны личности ею может быть психологический надлом человека под воздействием каких-то обстоятельств (возможно созданных вокруг него искусственно и целенаправленно) или сформированное экзотерической культурой безволие, свойственное его характеру изначально.

Однако самозащита от такого рода пробоев эффективна и проста: доброе настроение и вера Богу по жизни в любых обстоятельствах — основа для поддержания и сохранения достаточного самообладания.

После такого первого энергетического пробоя, — при неспособности субъекта к самозащите (а по существу — его нравственно обусловленном нежелании осуществить самозащиту), — пробои начинают повторяться, поскольку эгрегориальная энергетическая «под­питка» опьяняет, извращая чувства и разум, и становится своего рода наркотиком для субъекта. На этой психологической основе в последовательности энергетических пробоев личности эгрегориальная алгоритмика — в режиме автомата, реагирующего на обстоятельства соответственно заложенной в него программе — систематически выражается в жизни общества через одержимого эгрегором субъекта.

Безвольно замыкаясь на эгрегор, ретранслируя его информационно-алгоритмические и энергетические ресурсы, одержимый эгрегором субъект становится как бы вождём толпы и “элиты” при­верженцев эгрегориальной «большой идеи», поскольку производит впечатление, что лично он способен подчинить своей воле обстоятельства, целые толпы и по отдельности каждого другого сторонника (и многих противников идеи) в каком-то из описанных выше режимов психологического противоборства воль.

Но важно понимать, что он только производит впечатление, будто он и есть вождь, а не является таковым, поскольку “вождь” виден всему обществу (или увлечённой идеей части общества), а одержащий его эгрегор — для подавляющего большинства этого общества — не ощутим непосредственно и не выявляем интеллектуально-рас­су­дочно.

От настоящего вождя эгрегориально одержимый субъект отличается тем, что вождь — волевой субъект, воля которого властна над эгрегором соответствующей «большой идеи», а в каких-то обстоятельствах опирается на информационно-алго­рит­мические и энергетические ресурсы эгрегора.

Вождь-жрец[39] в добавок к этому ещё и концептуально властен, т.е. способен изменять и развивать «большую идею» и программировать алгоритмику её эгрегора по своему усмотрению и неподвластен корпорации «подчиняясь — подчиняй» в обеих модификациях этого принципа.

Поскольку корпорация «подчиняясь — подчиняй»[40] входит в тот же эгрегор «большой идеи», то после энергетического пробоя эгрегором какой-то слабовольной (или утратившей самообладание) личности и начала работы эгрегора в режиме повторяющихся накатов на “вож­дя” и обращений опьянившегося “вождя” к исто­ч­нику своей мощи — эгрегору, — корпорация (и её первоиерархи персонально) оказываются в кризисе. По сути это — внутренний кризис корпорации, потерявшей управление эксплуатацией идеи и потому утратившей смысл своей деятельности.

Выход из такого рода кризиса для корпорации «подчинясь — подчиняй» (при сохранении ею этого качества) состоит в одном из двух:

  • либо в уничтожении эгрегориально одержимого “вождя” (хо­тя это и не просто, поскольку требует обретения внутренней или вне­шней[41] власти над эгрегором идеи на период времени, доста­точный для уничтожения или нейтрализации одержимого “во­ждя”), что не исключает возможности появления нового эгрегориально одержимого “вождя” в будущем, эгрегориальная защита которого окажется эффективнее, а сам он — более изворотлив;
  • либо в подчинении корпорации и её первоиерархов эгрегориальной алгоритмике, выражающейся через эгрегориально одержимого “вождя”, что сопровождается обычно расколом корпорации:
    • ► на подчиняющихся эгрегориальной алгоритмике и
    • ► на отказывающихся ей подчиниться явно либо имитирующих подчинение, но противящихся ей внутренне. При этом и «отказники», и «имитаторы» могут быть раздавлены (вплоть до их уничтожения) эгрегором, сложившимся вокруг «большой идеи», если они остаются под властью его алгоритмики и после того, как тот перешёл в режим функционирования при олицетворении его бездушно-автома­ти­ческой власти в обществе одержимым субъектом[42].

Однако такой режим функционирования эгрегора не может быть продолжительным (по историческим меркам), и есть два крайних варианта его прекращения.

Если сама «большая идея» или её субъективные интерпретации (дос­та­точно распространённые, чтобы на их основе сложился эгрегор) порождают неадекватную жизни алгоритмику (т.е. являются иллюзией идеи), то в этом случае автоматика эгрегориального самоуправления оказывается самоубийственной вследствие неадекватности реакций эгрегора и его участников персонально на течение событий в жизни. Свернуть с этого пути к самоубийству крайне затруднительно, поскольку для этого требуется как-то изменить или «большую идею» как таковую, или её субъективные интерпретации, чтобы алгоритмика эгрегориального управления тоже изменилась и стала сообразной течению событий.

Но чтобы совершить изменения такого рода, от приверженцев «большой идеи» как таковой требуется воля, способность и готовность к творчеству и развитию «больших идей», т.е. требуется концептуальная властность.

Но это и есть самое трудное и проблематичное в жизни толпо-“элитарного” общества и людей в нём под властью эгрегориальной автоматики по двум причинам:

  • во-первых, эгрегор психологически подавляет приверженцев идеи в их большинстве;
  • во-вторых, тех, кого он не смог подавить, его «иммунная система» старается уничтожить как чуждых действующей эгрегориальной алгоритмике;

Именно в таком режиме автоматического эгрегориального самоубийства гитлеризм “расцвёл” и рухнул в течение жизни одного поколения — приблизительно за 25 лет, если отсчитывать срок от начала написания А.Гитлером “Майн кампф” в 1923 г.

*           *           *

Чтобы это утверждение не выглядело голословным, приведём свидетельства очевидца. Примерно месяц спустя после начала Великой Отечественной войны, когда у гитлеризма возникли первые проблемы на территории СССР в отношении Рабоче-Крес­тьян­ской Красной Армии, военнопленных, и населения оккупированных территорий[43], Б.Бажанова[44] снова пригласили к Лейббрандту[45]. Об этой встрече Б.Бажанов вспоминает:

«Мы опять спорим о перспективах, о немецкой политике, говоря о которой я не очень выбираю термины, объясняя, что на том этаже политики, на котором мы говорим, можно называть вещи своими именами. Но Лейббрандт возражает всё более вяло. Наконец, сделав над собой усилие, он говорит: “Я питаю к вам полное доверие; и скажу вам вещь, которую мне очень опасно говорить: я считаю, что вы во всём правы.” Я вскакиваю: “А Розенберг?” — “Розенберг думает то же, что и я.” — “Но почему Розенберг не пытается убедить Гитлера в полной гибельности его политики?” — “Вот здесь, — говорит Лейббрандт, — вы совершенно не в курсе дела. Гитлера вообще ни в чём невозможно убедить[46]. Прежде всего, только он говорит, никому ничего не даёт сказать и никого не слушает.

А если бы Розенберг попробовал его убедить, то результат был бы только такой: Розенберг был бы немедленно снят со своего поста как неспособный понять и проводить мысли и решения фюрера, и отправлен солдатом на Восточный фронт. Вот и всё.” — “Но если вы убеждены в безсмысленности политики Гитлера, как вы можете ей следовать?” — “Это гораздо сложнее, чем вы думаете, — говорит Лейббрандт, — и это не только моя проблема, но и проблема всех руководителей нашего движения. Когда Гитлер начал принимать свои решения, казавшиеся нам безумными, — оккупация Рура, нарушение Версальского договора, вооружение Германии, оккупация Австрии, оккупация Чехословакии, каждый раз мы ждали провала и гибели. Каждый раз он выигрывал. Постепенно у нас создалось впечатление, что этот человек, может быть видит и понимает то, чего мы не видим и не понимаем, и нам ничего не остаётся, как следовать за ним. Так же было и с Польшей, и с Францией, и с Норвегией, а теперь в России мы идём вперед и скоро будем в Москве. Может быть, опять мы не правы, а он прав?”» (Б.Бажанов “Вос­поми­на­ния бывшего секретаря Сталина”, С.-Петербург, “Всемирное слово”, 1992 г.).

Воспоминания Б.Бажанова показывают, что все сподвижники Гитлера не окрылены своим присутствием рядом с ним и деятельностью под его руководством, а психологически раздавлены Гитлером (а по существу эгрегором, действующим через Гитлера), преисполнены внутренних взаимно исключающих мнений, мотиваций и программ поведения. И они употребляются одержимым Гитлером в дело в режиме зомби-биороботов, не способных к осмысленному волеизъявлению и деятельности в целостности психики каждого из них и в согласии с чувствами и миропониманием. Но и сам Гитлер — такой же «зомби», его несёт и он не только не ведает, что творит, но и не может сосредоточить волю на том, чтобы задуматься о перспективах самому и выслушать мнения других людей, не совпадающие с его “собственным”.

*                     *
*

Если же сама «большая идея» и её субъективные интерпретации, на которых сложился эгрегор, порождают достаточно адекватную жизненным обстоятельствам алгоритмику, то этот режим прервётся при наступлении смерти эгрегориально одержимого “вождя”, возможно, что в глубокой старости.

Если к этому времени идея не вызовет в обществе разочарования, то корпорация «под­чи­ня­ясь — подчиняй» сможет возобновить своё функционирование в нормальном для неё режиме и восстановит свою власть над эксплуатацией идеи и её эгрегором. Скорее всего, при этом она будет заботиться о том, чтобы исключить в дальнейшем энергетические пробои эгрегором слабовольных субъектов, дабы не становиться заложницей эгрегориальной автоматики в неуправляемом режиме автоматической реализации эгрегориальной алгоритмики через одержимого “вождя”.

Исторически реальное христианство, искусственно построенное не на Откровении, данном Свыше через Христа (как полагают воцерковленные), а на подмене идей Откровения чуждым ему вероучением[47], смогло преодолеть такого рода кризисы номинальной власти эгрегориально одержимых при своём становлении, после чего существует уже почти 2000 лет. На протяжении этого времени сменилось не одно поколение высших иерархов корпораций «подчинясь — подчиняй»[48] во всех разновидностях “христи­анства”, которые не допускали перехода своих эгрегоров в неуправляемый режим автоматического функционирования под номинальной властью эгрегориально одержимых субъектов.

Но при этом заправилы ветвей исторически реального христианства иногда уничтожали неугодные им секты, начинавшие свою деятельность с правильной по её существу критики господствующей корпорации «подчиняясь — подчиняй», способствуя переходу эгрегоров этих сект в неуправляемый (и вследствие неадекватности поведения обстоятельствам — самоубийственный для них) режим автоматического функционирования под номинальной властью одержимых.

Однако необходимо особо обратить внимание на то, что всё описанное выше относится к освоению толпо-“элитарным” обществом как системой «больших идей» в смысле эксплуатации их в интересах стяжательско-потреби­тель­ской деятельности на основе действия глубинных безсознательных автоматизмов поведения людей, формируемых господствующей экзотерической культурой.

Отношение к «большим идеям» и освоение их (в содержательном, а не в упомянутом ранее «относительном» смысле) человеком, который чует античеловеческую сущность толпо-“элитаризма”, старается прилагать свою волю к тому, чтобы жить, веруя Богу по совести и воплощая в жизнь Промысел, — не находит себе места в описанном выше общественном процессе. Такие люди составляют подгруппу в упомянутой ранее категории независимых от мнений толпы. Участники этой подгруппы развиваются в направления достижения ими необратимо человечного типа строя психики и дальнейшего личностного развития на его основе.

____________

Всё сказанное об “освоении” толпо-“элитарным” обществом «больших идей» касается и отношения российского общества к Концепции общественной безопасности (КОБ), развиваемой общественной инициативой, названной Внутренний Предиктор СССР.

Появление КОБ оказалось запоздалым для того, чтобы на её основе сложилась дееспособная оппозиция заправилам правящей корпорации «подчиняясь — подчиняй», известной под именем КПСС, которая смогла бы предотвратить крах государственности СССР. Возникновение КОБ (как процесс выражения и осознания определённого Знания) и ознакомление общества с её материалами пришлись на тот период, когда в результате распада СССР и его производственно-потребительской системы прежняя “элита” частично была «опущена» по жизни, а частично включилась в процесс образования разного рода “элит”, свойственных бандитско-афе­ри­с­ти­чес­кому капитализму наших дней. Но и в новых “элитах” вакансий оказалось меньше, чем притязающих на то, чтобы их занять.

Поэтому для некоторой части неудовлетворённых своим социальным статусом после распада СССР — объективно, в силу глубинной психической ориентации их на стяжательско-потре­би­тель­скую деятельность в общем всем «внешнем мире» — КОБ «боль­шая идея», которую они воспринимают в качестве «ли­ф­та», который вознесёт их в “элиту” будущей России (а то и мировую “элиту”): надо только напрячься самим, “построить” и напрячь других для того, чтобы это “вознесение” в “элиту” произошло побыстрее. Соответственно, кроме этих волевиков есть и свои безвольные и слабовольные, есть и «неза­виси­мые» всех разновидностей.

Однако такого рода вожделения жизненно несостоятельны. Хотя КОБ включает в себя знания, предназначенные для организации коллективной деятельности, в том числе и для управления многоотраслевым производством, распределением и потреблением продукции, но главная задача в ней другая[49]:

*         *         *

Концепция общественной безопасности в Богодержавии, отрицая толпо-“элита­ризм”, прямо говорит, что все знания и навыки, — всего лишь — приданое к строю психики; что первоприоритетная цель самообразования в КОБ — переход личности к необратимо человечному строю психики: всё остальное подчинено осуществлению этой цели, прежде всего, в себе самом, дабы остальным показать её осуществимость личным примером своего преображения в Человека[50].

Этот переход действительно невозможен без освоения общественно значимых знаний и навыков, относящихся прежде всего к процессам управления и самоуправления, но освоение их — задача подчинённая и сопутствующая задаче переустройства строя собственной психики каждого искреннего сторонника Концепции общественной безопасности в Богодержавии. Освоение же одних только знаний и навыков при упорствовании в поддержании демонического типа строя собственной психики, недостаточно для искоренения толпо-“элитаризма”; и при этом оно представляет собой опасность для упорствующего в собственном демоническом самоутверждении и подавлении окружающих.

*                   *
*

И приведённое — не единичное утверждение КОБ о необходимости перехода цивилизации к человечному типу строя психики как к общепризнанной норме, устойчиво воспроизводимой культурой в преемственности поколений и являющейся необходимой основой для дальнейшего развития каждого из людей, человечества и его цивилизации.

О том, что «знание, выраженное в той или иной терминологии и символике, — всего лишь “приданое” к строю психики» и вовсе не в нём выражается достоинство человека, говорится в работе ВП СССР 1997 г. “От матриархата к человечности…” (название первой редакции: в последующих редакциях “От человекообразия к человечности”). В работе ВП СССР 1998 г. “Печальное наследие Атлантиды. Троцкизм — это «вче­ра», ни никак не «завтра»” говорится: «… единственная возможность избежать гибели в очередном «Черно­быле» для претендентов в «сверхчеловеки» — заботиться о том, чтобы “сверхчеловеками” (а по существу нормальными, состояв­шимися людьми) были все без исключения». «Матрица возможного течения глобального исторического процесса в нынешней цивилизации предопределённо Свыше построена так, чтобы человечество изжило животный строй психики, строй психики рóбота, а также всевозможные демонические наклонности, направленные на угнетение других с целью паразитирования на жиз­ни всех». В работе ВП СССР 2001 г. “Диа­лек­тика и атеизм: две сути несовместны” сказано: «… наилучший — открытый каждому — вариант его судьбы:

Стать человеком — носителем человечного строя психики — и всегда удерживать себя в человечном строе психики под воздействием всяких жизненных обстоятельств, с которыми сводит Бог».

И далее это поясняется:

«… нормальная алгоритмика психики, объединяя её сознательный и безсознательные уровни, необходимо включает в себя:

  • доверие Богу, выраженное в исходном нравственном мериле человека: «Вседержитель безошибочен в своих действиях, всемогущ, и милость Его безгранична, и осознание этого должно порождать жизнерадостный эмоциональный фон — доброе настроение, определяющее характер и результаты всей психической деятельности», — и это обеспечивает ладное Жизни единство эмоционального и смыслового строя души ВСЕХ ЛЮДЕЙ БЕЗ ИСКЛЮЧЕНИЯ;[51]
  • человечный строй психики;[52]
  • опору на мозаичное Богоначальное мировоззрение триединства материи-информации-мѣры[53].

Только на этой основе возможно целенаправленное выявление по Жизни разнородных ошибок (как своих собственных, так и окружающих) в миропонимании, в мировоззрении, в алгоритмике психики, и главное — ошибок нравственности, как причины всех прочих».

_____________

Соответственно, встречаясь с материалами КОБ, далеко не все люди относятся к ним как к бреду или как к пропагандистскому мифу — средству построения корпорации, которая, могла бы удовлетворить их стяжательско-потреби­тель­ские притязания[54] и защитить их от претензий удовлетворить стяжательско-потре­би­тельские притязания других корпораций за счёт «опу­с­кания» их самих до положения бесправных, полностью подчинённых чужой воле «трудовых ресурсов». И не все, ознакомившись с материалами КОБ, оказывают «моральную поддержку» деятельным сторонникам КОБ (как активистам и функционерам корпорации, так и следующим сути КОБ в жизни свободно), безвольно ожидая в суете, когда некая корпорация под знамёнами идей КОБ придёт к власти и воплотит их надежды на счастливое будущее в жизнь.

Кроме них есть люди, которые принимают в материалах КОБ для себя главным именно обязанность стать самому человеком (но­си­телем человечного типа строя психики и наместником Божиим на Земле) и помочь в таковом становлении другим.

Это обстоятельство качественно изменяет характер освоения КОБ обществом, делая «мистически» невозможным “освоение” её в смысле эксплуатации в интересах стяжательско-потреби­тель­ской деятельности. Причина этого в том, что во всяком социально обусловленном (в смысле его информационно-алогорит­ми­чес­кого наполнения) эгрегоре каждый индивид, кто хотя бы временно пребывает при человечном строе психики, обладает иерархически высшим статусом по отношению к любому другому субъекту с нечеловечным типом строя психики, какими бы знаниями, навыками, прочими личностными качествами, включая сильнейшую волю, тот бы ни обладал. Иными словами, именно носители человечного типа строя психики оказывают решающее воздействие на алгоритмику коллективной психики, как в её внутрисоциальных проявлениях, так и в её взаимодействии с алгоритмикой природных процессов.

Общеприродная основа подчинённости потока событий воле человека состоит в том, что носителем мысли является дух человека — те биополя, которые излучает живущий человеческий организм. Т.е. одним из качеств всякой мысли является её материальность. И материальность мысли вне зависимости от её нематериального содержания (смысла и формы, в которой он выражен, — в совокупности называемых в философской традиции «идеальным») это — то, что связывает всякую мысль с какими-то другими материальными объектами (или субъектами). Поэтому вопрос двоякий и состоит в том, как связывает, и с чем (кем) именно связывает?

Мир течёт в матрице возможностей, которая задаёт (в смысле вероятностно-статистических предопределённостей) варианты (состояния) его бытия и алгоритмику перехода из одного состояния в другие возможные. Сама матрица не материальна, но в Мироздании она присутствует во всём во всей её полноте и детальности. Иными словами, окажись любая «элементарная частица» нашего Мира в каком-то другом, наделённом разумом  Мире, тамошние носители разума могли бы «прочитать» из неё всю матрицу возможностей бытия нашего Мира во всей её полноте и детальности. Но единственный образ Мира и его фрагментов определяется тем, как материя этого Мира, пребывая в разных агрегатных состояниях (физический вакуум, физическое поле, плазма, вещество в газообразном, жидком, твёрдом виде) заполняет эту матрицу. Т.е. Мир — триединство: материи, образов (информации, объективного смысла), меры.

Мѣра (количественная и порядковая определённость) по отношению к материи является матрицей её возможных состояний и путей перехода из одного состояния в другие, а по отношению к информации — общеприродной системой кодирования информации, частными случаями которой являются все коды, разработанные цивилизацией и применяемые ею в технических и социальных приложениях.

Субъектное начало входит в мир как нравственно обусловленная свобода выбора, при этом нравственность субъекта представляет собой своеобразную субъективную «кальку» с общевселенской меры, которая вследствие своей неполноты и недостаточной детальности порождает отличие субъективной информации от объективной, включая и отличие субъективного смысла жизни от объективного смысла Жизни.

Агрегатные состояния материи хотя и не однокачественны, но взаимно связаны. Вследствие этого они способны переходить друг в друга под воздействием субъективных и объективных факторов, а кроме того, процессы, носителями которых являются одни агрегатные состояния материи, влекут за собой (порождают) какие-то процессы, носителями которых являются другие состояния материи. При этом в матрице встречаются связи обоюдосторонне направленные и обратимые (вследствие этого электромоторы некоторых типов могут работать и в качестве электрогенераторов) и однонаправленные связи (так ветер порождает волнение моря, но прохождение волн — цунами, мёртвая зыбь — не порождает ветра и не изменяет направления дующего ветра). Однако какие-то взаимосвязи такого рода человек может воспринимать извращённо, подобно утверждению о том, что ветер создают деревья, покачивая своими ветвями и кронами.

Так и материя тех видов, которые являются носителями мыслей людей в их информационно-образном и алгоритмическом аспектах, оказывается связанной с другими видами материи, вследствие чего процессы мышления людей порождают разного рода процессы на материальных носителях иного рода (не являющихся первичными носителями мыслей людей). Один поток обусловленности жизни общества в его вещественных и организационных аспектах мыслительной деятельностью людей предстаёт воочию как поток разнородной деятельности людей, непосредственно воспринимаемый чувствами или рассудком других людей.

Однако есть и второй поток обусловленности жизни общества и природы психической деятельностью (включая и мышление) людей, непосредственно не воспринимаемый большинством других людей. И хотя другие этого не воспринимают, но есть люди, которые выявили тот факт, что течение событий жизни в информационно-алгоритмическом аспекте следует в тех или иных фактах за течением их мыслей. И то обстоятельство, что другие не замечали в своей жизни ничего из такого рода взаимосвязей потоков событий в их «внутреннем мире» и потоков событий в общем всем «внешнем мире», говорит не о том, что это объективно не существующее явление, плод вымысла или психического расстройства тех, кто настаивает на его существовании.

Это говорит о том, что явление следования событий в общем всем «внешнем мире» за потоком мыслительной деятельности людей объективно существует, но обусловлено оно объективными качествами мыслящего субъекта.

Т.е. воздействие разных людей на коллективную психику, порождаемую всеми людьми, носителем которой являются соответствующие виды общеприродных полей, — разное. Все вносят свой вклад, но в русле Божиего Промысла: воздействие носителей животного типа строя психики не может быть алгоритмически более значимым, чем воздействие носителей строя психики зомби; воздействие носителей строя психики зомби не может быть алгоритмически более значимым, чем воздействие носителей демонического типа строя психики; воздействие носителей демонического типа строя психики не может быть алгоритмически более значимым, чем воздействие носителей человечного типа строя психики.[55]

При этом носители человечного типа строя психики порождают коллективную психику — эгрегор, отличающийся по своим качествам (взаимодействия как со всякой личностью в её составе, так и с внешней по отношению к эгрегору средой) от коллективной психики (эгрегоров), порождаемых носителями других типов строя психики личности.

Коллективная психика, в которой выражается человечный тип строя психики множества личностей, на протяжении нескольких лет в материалах КОБ именуется словом «соборность». Соборность же в структуре коллективного духа человечества и его народов занимает иерархически наивысшее положение в смысле способности оказывать воздействие на течение событий, блокировать и поддерживать деятельность других эгрегоров и быть свободной от подчинённости её другим эгрегорам, поскольку представители соборности, пропуская при человечном типе строя психики через свою психику информационно-алгоритми­ческое наполнение прочих эгрегоров, таким образом входят в них, обладая наивысшим иерархическим статусом, либо по отношению к ним выступают в качестве управленцев — «менеджеров» и «про­грам­мис­тов»[56].

Это — показатель качественный, а не количественный, т.е. не зависящий от того, какая доля населения Земли живёт в соборности постоянно, а какая постоянно пребывает под властью эгрегоров других типов; какая доля населения на некоторое время входит в соборность, а потом выпадает из неё, подпадая под власть эгрегоров других типов.

С точки зрения многих соборность — безвластна или представляет собой миф. Оба эти мнения выражают атеизм и проистекают из того, что соборность не служит удовлетворению честолюбивых или беззаботно-потре­би­тельских притязаний толпы по при­н­ципу «здесь и прямо сейчас» подобно тому, как это делали сказочные джины. Реально соборность в преемственности поколений работает на изменение характера глобальной цивилизации так, чтобы с течением времени человечный строй психики оценивался бы всеми как единственно нормальный для человека и достигался бы представителями новых поколений к началу их юности, представляя собой основу дальнейшего развития каждой личности и общества в русле Промысла. Но в обществе, где экзотерическая культура ориентирует подавляющее большинство на стяжательско-потреби­тельскую деятельность в об­щем всем «вне­ш­­­нем мире», то, что относится к проявлениям соборности, представляется мало значимым или проходит вообще мимо внимания и понимания подавляющего большинства.

Но прежде, чем рассматривать проблематику вхождения людей в соборность, необходимо рассмотреть пропагандистский миф церквей о «соборности» и соборной жизни воцерковленного общества. Иначе не понять, почему под многовековой идеологической властью этого мифа человечество оказалось к концу второго тысячелетия эры от Рождества Христова на грани самоубийства в войнах или в биосферно-экологической катастрофе.

 

[1] Для носителей такой нравственно-психологической подоплёки и коммунизм — не то общество, где:

Для них «коммунизм» — то вожделенное общество, где им было бы предоставлено право не трудиться и всё давалось бы даром в неограниченных количествах. Создаваться же это их потребительское благополучие должно либо «чудом» Свыше, либо же трудом тех, кого они характеризуют словами «дурака работа любит, и дурак работе рад».

[2] Хотя в действительности именно жизнь в сокровенном от других «внутреннем мире» порождает обстоятельства жизни в общем всем «вне­ш­нем мире». В частности, об этом речь идёт в каноне Нового Завета, что было общеизвестно, по крайней мере, в прошлые времена библейской цивилизации:

«33. Или признайте дерево хорошим и плод его хорошим; или признайте дерево худым и плод его худым, ибо дерево познается по плоду. 34. Порождения ехиднины! как вы можете говорить доброе, будучи злы? Ибо от избытка сердца говорят уста. 35. Добрый человек из доброго сокровища выносит доброе, а злой человек из злого сокровища выносит злое» (Матфей, гл. 12; то же касается не слов, а дел и их результатов).

Но приведённые слова Христа не обязывали большинство их знавших к тому, чтобы они занялись переустройством жизни их «внутреннего мира». Соответственно, на протяжении всей последующей истории актуален и вопрос, высказанный им в древности:

«Что вы зовёте Меня: Господи! Господи! — и не делаете того, что Я говорю?» (Лука, 6:46).

[3] Исключением из этого более или менее общего правила отчасти является только откровенное рабовладение. Но и в нём невольники, как показывает история, предпочитают в своём большинстве какое ни на есть существование, нежели бунт или смерть, которая может быть очень мучительной и продолжительной по воле изощряющегося в жестокостях “хозяина”.

Также и до середины XIX века бегство населения из исторически сложившихся обществ «на свободные земли» в ряде случаев было исключением из этого более или менее общего правила, поскольку при низкой энерговооруженности технологий и независимости производства от инфраструктур единоличным трудом при отсутствии устоявшейся системы эксплуатации человека человеком «на свободных землях» можно было обеспечить более высокое качество жизни (в смысле потребления), нежели на основе коллективной деятельности в исторически сложившихся старых обществах с развитой системой эксплуатации человека человеком.

[4] Так попытка социалистического строительства в СССР подтвердила правомочность оценки историком В.О.Ключевским перспектив осуществления в России «социалистических прожектов» конца XIX века: «Обще­с­тво праведного общежития, составленное из негодяев», — что невозможно, поскольку может быть либо устремлённость к праведному общежитию всех, либо закоренелые негодяи, представляя себя святыми, пакостят каждый по способности и корпоративно, где только могут.

[5] Это может быть действительно так, но может быть и иллюзией. Так убеждённость многих приверженцев коммунистического идеала в том, что коммунизм может быть воплощён в жизнь на основе той или иной версии марксизма, безосновательна, т.е. иллюзорна.

Марксизм — пример того, что в истории человечества некоторые из «больших» и «малых» идей представляют собой своего рода «троянских коней»: в них провозглашается одно, но присутствующие в них же умолчания, не совпадающие с оглашениями, объективно оказываются более властными — в силу объективности информации и меры (Божиего предо­пре­деления бытия). В результате в жизнь воплощаются объективно присутствующие в идеях умолчания, хотя толпа продаёт себя с потрохами, движимым и недвижимым имуществом за оглашения.

[6] Вплоть до включающих в себя всё или почти всё общество.

[7] Последняя оговорка значима: её нельзя отбросить потому, что носители человечного типа строя психики (в том числе и устойчивые в этом качестве на протяжении ограниченных интервалов времени) — даже в толпо-“элитарном” обществе — в коллективную деятельность включаются на основе иных принципов.

[8] Иными словами воля вовсе не обязательно выражается в подчинении себе, хотя «подчинение себе» тоже может быть целью приложения личностной воли.

[9] Разновидности безволия: безусловная подчинённость поведения инстинктам; не внемлющее ничему упрямство запрограммированного и действующего автономно биоробота; одержимость биоробота, дистанционно управляемого экстрасенсорно каким-то иным субъектом, или биоробота, увлечённого или подмятого каким-то эгрегором. Воля проявляется в том, что, осознавая неуместность отработки алгоритмов поведения во «внутреннем» или «внешнем» мире, человек способен не поддаться им.

[10] Т.е. субъект, пребывая даже в статусе раба в силу действия в обществе обычая или закона, может быть носителем воли; а тот, кто признаётся обществом его хозяином в силу действия обычая или на основании писаного закона, — реально может быть невольником.

[11] Один из источников, посвящённый эзотерическим наукам, показывает разницу между химией и алхимией в вопросе производства «фило­софского камня». Химия — это когда реакции идут сами по себе в “авто­ма­тическом” режиме. Алхимия — это когда в реакциях с теми же реагентами соучаствует биополе человека, его воля.

Соответственно такому подходу получение «философского камня» дей­ствительно невозможно в рамках закономерностей химии, но оно же алхимически неизбежно, если алхимик, включившийся в реакцию своим духом, достигает успеха в освоении своего личностного потенциала развития (при этом главным для него оказывается именно достигнутый результат в его личностном развитии, а не полученный «философский камень»).

И хотя мы «философского камня» не видели и в этом направлении не работали, но это пояснение различий химии и алхимии указывает на значимость в Жизни субъективных факторов, носителем которых человек на достигнутой им ступени развития если и не является, то может стать.

[12] Так в условиях войн множество людей и на фронтах, и в тылах оказывались на положении ресурсов, качество и количество которых предопределяло возможность победы общества в целом и его государственности и её «цену», либо неизбежность поражения и его «цену». И это — одно из выражений двойственности в положении всякой личности в истории; двойственности, возникающей вследствие того, что личность не в состоянии подменить своей персоной всё общество, всё человечество. Но оказавшись и в положении «ресурсов», личность всё же обязана исполнить свой долг перед другими людьми (включая предков и потомков) в русле Промысла.

[13] Но он может и не встать в том числе и потому, что организация психики кандидатов в подчинённые такова, что он:

  • либо «впишет» подчиняющего вместе с его волей в какой-то объемлющий сценарий их совместных действий. О том, как такое делается и как такому внимает толпа (включая и политических аналитиков и «политтехнологов»), соучаствующая в такого рода постановках, см. в сочинениях Козьмы Пруткова его «посмертное» объяснение к постановке очень занудной пьесы “Фантазия”. Эта пьеса провалилась при первой же постановке. В действительности же авторы поставили себе целью «подшутить» над театральной общественностью и написали сценарий имитации провала театральной постановки с вовлечением в обструкцию сценического действия зрителей и театральных критиков. Ни зрители, ни критики этого не знали и потому искренне исполнили ожидаемые от них авторами пьесы роли. Спустя несколько лет было опубликовано «посмертное» объяснение К.Пруткова к этой постановке, в которой её закулисная подоплёка была раскрыта и был сделан вывод, что в действительности пьеса прошла с триумфом. Другие примеры такого рода действий известны всем с детства хотя бы по сказкам: Кот в сапогах расправляется с людоедом и делает маркизом своего хозяина; в “Руслане и Людмиле” Черномор расправляется со своим братом, который становится гигантской говорящей головой; Одиссей ослепляет Полифема, после чего выводит всех пленённых Полифемом своих товарищей из его пещеры под брюхами овец и т.п.
  • либо уклонится от вхождения в ситуацию соприкосновения с волей намеревающегося его подчинить субъекта.

[14] В Словаре В.И.Даля есть пословица: «Божьей воли не переволишь».

[15] В повести А.С.Пушкина “Дубровский” оба этих качества выразились в поведении псаря, оскорбившего Дубровского-старшего в присутствии своего господина — Троекурова-старшего (кстати, тоже невольника, если судить по его поведению).

[16] Но развитию и освоению такого рода навыков воспрепятствовала экзотерическая культура.

[17] Прочувствовать же их в инсценировке в режиме типа «воинских учений» на неком «полигоне» — невозможно в русле КОБ.

КОБ такого рода учения-инсценировки органически нравственно-эти­чес­ки чужды, а кроме того, в силу их искусственности и ограниченности они не могут дать полноты впечатлений и отличаются от реальной жизни по своей сути и психологическому воздействию на людей точно так же, как военные манёвры от реальных войсковых операций и боя с реальным, а не условным противником.

Может быть выдвинуто возражение: эзотерические субкультуры Востока и древности допускают такого рода инсценировки, они входят в систему обучения посвящаемых.

Однако с позиций КОБ необходимость в искусственных инсценировках разного рода расценивается как реализация принципа «полагаться исключительно на собственные силы», в котором выражается неверие по жизни Богу. Это вовсе не следование принципу «на Бога надейся, а сам не плошай».

Принцип «на Бога надейся, а сам не плошай» реализуется в жизни на основании того, что Дух Святой — наставник на всякую истину (Иоанн, 14:26, 16:13). Для того, чтобы он мог реализоваться в жизни, необходимо, чтобы личностная психологическая культура была такова, чтобы человек, идя по жизни в Божием водительстве, мог бы воспроизвести сызнова (независимо от того, наличествуют они в культуре или же нет) или освоить сразу (наличествующие в культуре) любые необходимые знания и навыки в темпе их востребованности Промыслом в любой жизненной ситуации.

Если это качество личностной культуры психической деятельности достигается, то исчезает объективная потребность в освоении каких-либо навыков в условиях полигонных учений-инсценировок и во множестве репетиций, что свойственно нынешней по сути своей атеистической куль­туре. При ином взгляде глубинная, пусть даже и не реализуемая в жизни, ориентация души человека на этот тип личностной психологической культуры может восприниматься приверженцами учений-инсце­ни­ро­вок и принципа «повторения — мать учения» как неискоренимая специфическая лень, свойственная русским.

Такое понимание принципа «на Бога надейся, а сам не плошай», — в нашем видении, — КЛЮЧ К ВЫХОДУ из режима «вечного боя» за торжество истинных или ложных идеалов В РЕЖИМ ПРАВЕДНОГО ПРЕОБРАЖЕНИЯ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ.

Это требует иной системы воспитания и образования детей и самообразования взрослых, но разного рода искусственные инсценировки в такого рода систему воспитания и образования не укладываются именно потому, что они искусственны, ограниченно вычленены из потока реальных событий жизни и потому нежизненны.

Только не надо говорить, что высказанное невозможно, что это — несбыточные фантазии и т.п., потому что такое было бы самопрограммированием собственной психики на отказ от этой возможности. Практика деятельности ВП СССР показывает, что это возможно, а в жизни вопрос только в том, в каких частотных диапазонах реально достигнуто это качество тем или иным человеком.

[18] Это подобно объединению в единую сеть элетроэнергетических систем двух регионов. Для успеха необходимо обеспечить одинаковые параметры гармоник колебаний силы тока, напряжения, сдвига фаз между пиками силы тока и напряжения и скоординировать деятельность обеих диспетчерских служб.

[19] О тандемном режиме деятельности см. работы ВП СССР: “Мёртвая вода” (т. 2, начиная с редакции 1998 г.), “Диалектика и атеизм: две сути несовместны”, “От человекообразия к человечности”, “Об имитационно-провокационной деятельности”.

[20] Хотя и не гарантирует потери энергии в результате внутренних «ко­ротких замыканий», когда два взаимоисключающих алгоритма, каждый на своём потоке энергии, сталкиваются в психике одной из сторон и энергетически «пережигают» друг друга.

[21] Одно из средств такого рода, о котором многие слышали в наши дни, хотя и не владеют им, — нейролингвистическое программирование.

[22] Настоящая работа не имеет целью обучения ни тому и ни другому, но многое из такого рода способов психологического противоборства может быть хорошо проиллюстрировано практикой вторжения в чужие компьютерные системы хакеров с целью «контрабандного» управления ими и несанкционированного их владельцами доступа к информации, а также и практикой внедрения в компьютерные системы разного рода вирусов.

В силу единства законов Природы, объективности информации и меры (систем кодирования информации) практика хакерства и внедрения компьютерных вирусов и борьбы с этими явлениями позволяет на основе этих технических моделей понять многое и в психологическом противоборстве людей (как личностном, так и коллективном).

[23] В том смысле, что их алгоритмику и цели, на которые она работает, можно выявить и на этой основе различать разные эгрегоры.

[24] Такого рода ограничения действуют до тех пор, пока субъект не переосмыслит в русле Промысла ту информацию и алгоритмику, носителем которой он является. Ни один эгрегор не в состоянии заблокировать сокровенные личностные взаимоотношения человека и Бога.

[25] Фактически эгрегор и есть автомат, запрограммированный людьми, в том смысле, что своей собственной волей, свободой целеполагания (пре­ж­де всего свободой выбора целей своего развития) эгрегор не обладает, но его алгоритмика автоматически перерабатывает входной поток информации в некий спектр событий.

[26] Через обстоятельства жизни, формируемые эгрегором, и наваждения, попадающие из него в психику личности.

[27] Т.е. людей, которые поддерживают его за счёт своей личностной энергетики или несут те или иные фрагменты его алгоритмики (возмож­но, получая энергетическую подпитку от него).

[28] Это аналогично тому, как работают формальные алгоритмы обработки информации в разного рода технических системах опознавания.

[29] Тогда получается «хотели “как лучше”, а  получилось “как всегда”», — если эта фраза выражает искренне разочарование, а не лицемерие.

[30] Так по данным МВД к концу 1950‑х гг. была практически прервана преемственность поколений в корпорации воров в законе, унаследованной СССР от Российской империи (при этом некоторая часть «воров в законе» была попросту уничтожена в лагерях, поскольку лагерная администрация поощряла убийства выявленных «воров в законе» самими заключенными); нынешние поколения в этой корпорации — новая генерация, воссоздавшая себя на основе мифов о деятельности прошлой корпорации, сохранившихся в обществе.

Но и у нового поколения уголовных авторитетов, носителей безыдейности, возомнивших о своём праве паразитировать на труде и жизни других и образовавших корпорацию нелегитимных «силовых структур», в России перспективы не лучше.

[31] «Неофиты» — люди, впервые ознакомившиеся с некой «большой идей» и ставшие её приверженцами недавно.

[32] Опять же исторически недавний пример такого рода пьянящих иллюзий — марксизм как учение о коммунизме и его построении. Несколькими веками ранее — повальное увлечение голландцев спекуляцией луковицами тюльпанов.

[33] Вокруг последних  в толпо-“элитарных” обществах тоже формируются корпорации, извращающие их для достижения под их знамёнами безраздельного мирового господства помимо Бога.

[34] Здесь имеется в виду неформальная корпорация-мафия для образования которой достаточно, чтобы у её участников были общие или взаимно дополняющие друг друга интересы, и их носители действовали в жизни соответственно им и опознавали друг друга в качестве «своих людей», «людей своего круга», отличая их от «чужих».

[35] В такого рода «перехвате» идей на основе принципа «подчиняясь — подчиняй» в истории нынешней глобальной цивилизации поднаторело жидомасонство. Только в ХХ веке были успешно перехвачены и подчинены: в Германии — гитлеризм; в СССР — идея построения социализма и коммунизма в одной отдельно взятой стране; в начале эры — апостольское христианство без Христа.

[36] Если этот принцип нарушается в угоду эгоизму кого-то из иерархов корпорации, то эффективность её деятельности падает и корпорация утрачивает свои позиции. Таков алгоритм деградации правящей корпоративной верхушки КПСС.

[37] О нём речь пойдёт далее.

[38] Т.е. вовсе не обязательно на основе «большой идеи» как таковой.

[39] Таким был И.В.Сталин: он перехватил управление марксистским эгрегором у его «легитимных» заправил и изменил характер его алгоритмики на несколько десятилетий, включая и годы после своего ухода в мир иной.

[40] Пусть она даже и неформальная — в смысле отсутствия структурной организации и штатного расписания с должностными обязанностями и полномочиями.

[41] По отношению к эгрегору.

[42] Именно такой целенаправленно организованный библейской «миро­вой закулисой» энергетический пробой эгрегором личности слабовольного (если не вообще безвольного субъекта) произошёл в Германии по завершении первой мировой войны ХХ века и исторически выразился как гитлеризм.

Лени Рифеншталь ошиблась, назвав свой фильм о съезде нацистской партии (НСДАП) в 1934 г. “Триумф воли” (Triumph des Willens). Его следовало назвать “Апофеоз безволия”, и с таким названием он бы стал одним из ярчайших антифашистских фильмов в истории. Пример этого фильма показывает, что видеоряд сам по себе — ещё далеко не всё. Сопутствующие тексты-пояснения, — в зависимости от выражения в них той или иной нравственности, — способны придать восприятию одного и того же видеоряда взаимоисключающие смыслы.

Аналогичный по сути энергетический пробой личности выразился в России и в остальном мире как троцкистская ветвь марксизма.

Личностно трагическая судьба названных “вождей” нацизма и интернацизма — следствие их эгрегориальной одержимости и безволия.

Жизнь ещё одного эгрегориально «пробитого» — А.Ф.Керенского (04.05.1881 — 11.06.1970), наиболее известного из числа глав Временного правительства России в 1917 г., — была не менее тяжела, хотя он умер своей смертью в глубокой (по нашим временам) старости — отторгнутым и забытым обществом дряхлым стариком, сохраняя достаточно работоспособный (ясный) ум до последних дней.

[43] Всех их стали вводить в рабское существование и уничтожать избыточных и непокорных за ненадобностью. У.Ширер приводит фрагмент из директивы министерства Розенберга в отношении политики в России от конца июня 1942 г.: «Славяне призваны работать на нас. Когда же мы перестанем в них нуждаться, они могут преспокойно умирать. Поэтому обязательные прививки, немецкая система здравоохранения для них излишни. Размножение славян нежелательно. Они могут пользоваться противозачаточными средствами или делать аборты. Чем больше, тем лучше. Образование опасно. Вполне достаточно, если они смогут считать до ста. Каждый образованный человек — это будущий враг. Мы можем им оставить религию как средство отвлечения. Что касается пищи, то они не должны получать ничего сверх того, что абсолютно необходимо для поддержания жизни. Мы господа. Мы превыше всего» (У.Ширер, “Взлёт и падение третьего рейха”, Москва, ВИ Министерства обороны, 1991 г., т. 2, стр. 329).

Эрих Кох, рейхскомиссар Украины, в речи 5 марта 1943 г., даже после разгрома в Сталинграде, всё про то же: «Мы — раса господ и должны управлять жестоко, но справедливо… я выжму из этой страны всё до последней капли… Мы пришли сюда не ради благотворительности… Местное население должно работать, работать и ещё раз работать… Мы пришли сюда отнюдь не для того, чтобы осыпать их манной небесной. Мы пришли сюда для того, чтобы заложить основы победы.

Мы — раса господ и должны помнить, что последний немецкий труженик в расовом и биологическом отношении представляет в тысячу раз большую ценность, чем местное население» (там же, т. 2, стр. 329).

Гиммлер уже после Курской битвы, 4 октября 1943 г: «Процветают ли нации или погибают голодной смертью подобно скоту, интересует меня лишь постольку, поскольку мы используем их в качестве рабов для нашей культуры. В противном случае они не представляют для меня интереса. Погибнут от истощения 10 тысяч русских женщин при рытье противотанковых рвов или нет, интересует меня лишь в том смысле, отроют они эти рвы для Германии или нет…» (там же, т. 2, стр. 328).

Высказывания даны в хронологическом порядке, чтобы все понимали, насколько опасным и затяжным является бред о собственном расовом превосходстве, в прошлом реально выбитый из многих дурных голов вместе с их мозгами.

[44] Б.Бажанов — секретарь И.В.Сталина, начиная с 1923 г. Разуверившись в социалистическом строительстве, прекратил работу в ЦК, уехал на периферию и бежал из СССР 1 января 1928 г. в Иран, потом жил в Европе. В середине июня 1941 г. его из оккупированного гитлеровцами Парижа, где он тогда жил, “при­гласили” в Берлин для консультаций по проблематике предстоявшей войны против СССР. Он предсказал разгром Германии в случае, если война будет вестись против русского народа. Этим предсказанием гитлеровцы остались не удовлетворёнными. После чего он некоторое время жил в Берлине “на свободе” под наблюдением гестапо. В приводимом фрагменте речь идёт о втором его приглашении для консультаций уже после начала войны. По завершении этого обмена мнениями гитлеровцы позволили ему вернуться в Париж, где он и жил “нейтралом” до своего отъезда в Бельгию перед освобождением Парижа союзниками.

Б.Бажанов написал мемуары “Воспоминания бывшего секретаря Сталина”, неоднократно публиковавшиеся в России после 1991 г.

[45] Заместитель Альфреда Розенберга —  гитлеровского идеолога по искоренению расово чуждых культур и людей — их носителей. Розенберг родился в 1893 г. в Ревеле (Таллинне), учился в Риге и в Москве, где окончил в 1918 г. Николаевское высшее техническое училище (МВТУ им. Баумана в советские годы) с дипломом инженера-строителя, в 1919 г. выехал в Германию, куда привёз “Протоколы сионских мудрецов” в издании одной из книг С.Нилуса.

[46] «Невозможно убедить» — это не только свойство дальновидных людей, обладающих непреклонной решимостью и мощной волей, но и свойство одержимых и биороботов.

И в этом отношении история довоенного СССР разительно отличается от истории довоенной Германии. Б.Бажанов, начавший работать в аппарате И.В.Сталина с начала 1920‑х гг., в той же книге пишет, что ещё при жизни В.И.Ленина Сталин начал заниматься подбором и расстановкой кадров. Бажанов не вдаётся в концептуальный анализ мотивации поведения Сталина, поскольку это явно выходило за пределы его понимания. Он просто описывает, как Сталин молча занимался подбором и расстановкой кадров всё то время, пока “вожди партии”, к числу которых Сталин ещё не принадлежал, занимались грызнёй между собой и заклинаниями на съездах и в печати социальной стихии. Когда Сталин создал аппарат, то он при помощи аппарата просто устранил всех марксистов-интернацистов, которые, во-первых, проглядели эту его деятельность, а во-вторых, не желали сами заниматься грязной, повседневной черновой работой по подбору и расстановке кадров и координации коллективной деятельности в русле определённой концепции.

Но если смотреть на это с уровня взаимоотношений концепций в коллективном сознательном и безсознательном, то явно, что после того, как Сталин убедился в том, что Троцкого и прочих интернацистов невозможно ни в чём убедить, а поскольку они продолжают быть политически активны, то нечего тратить время и силы на такого рода попытки переубеждения. Остаётся либо согласиться с ними и подчиниться им, либо их устранить. Поскольку согласиться с ними было нравственно и концептуально неприемлемо, а убедить во вредоносности их деятельности невозможно, то Сталин своевременно прошёл по пути их устранения. В Германии же не нашлось никого, кто своевременно прошёл бы по пути устранения Гитлера, хотя все знали многие годы, что Гитлера убедить ни в чём невозможно.

[47] Обоснование этого утверждения далее в разделе 8 настоящей работы, а также см. в работах ВП СССР “К Богодержавию…”, “«Мастер и Маргарита»: гимн демонизму? либо Евангелие беззаветной веры”.

[48] «Послушáйся — наставляй, наставляя — подчиняй» — в редакции этого принципа на основе лексикона иерархии библейского “право­сла­вия”.

[49] Два последующих абзаца, выделенные звёздочками, вместе со сноской в первом из них взяты из работы 2000 г. ВП СССР “Об имитационно-провокационной деятельности”.

[50] Переход общества к господству человечного строя психики повлечёт за собой переход к иному типу цивилизации, в которой человечество перестанет защищаться от биосферы Земли и Космоса конструированием техносферы. Это не призыв вернуться в «каменный век», поскольку в ту эпоху человечество защищалось от биосферы каменным топором и одомашненным огнём, а сейчас “защи­щается” экскаватором, ядерной энергетикой, фармакологией, нанося при этом неописуемый вред себе же.

[51] В текущей редакции 2003 г. этот тезис уточнён и соответствующий абзац содержит следующий текст:

  • доверие Богу, выраженное в исходном нравственном мериле человека: «Вседержитель безошибочен в своих действиях, всемогущ, и милость Его безгранична; всё, что свершается, — свершается наилучшим возможным образом при той нравственности и этике, что свойственны людям. И осознание этого должно вызывать — радостную внутреннюю умиротворённость и желание благодетельствовать Миру без страха, порождающие открытость души Жизни — доброе настроение, определяющее характер и результаты всей психической деятельности», — и это обеспечивает ладное Жизни единство эмоционального и смыслового строя души ВСЕХ ЛЮДЕЙ БЕЗ ИСКЛЮЧЕНИЯ.

[52] В текущей редакции 2003 г. после этого абзаца добавлен ещё один абзац:

  • устойчивость преемственности в передаче информации «Различе­ние от Бога Þ внимание самого человека Þ интеллект»;

[53] В текущей редакции 2003 г. этот абзац содержит следующий текст:

  • опору на мозаичное Богоначальное мировоззрение триединства материи-информации-мhры”” и выражающее его миропонимание.

[54] Т.е. самим обратить в рабочее «быдло» других.

[55] Почему именно так в алгоритмике коллективного духа человечества соотносятся различные типы строя психики личности см. работу ВП СССР “Принципы кадровой политики: государства, «антигосу­дар­с­тва», обще­ственной  инициативы” (она за исключением её первого вводного раздела включена также в состав постановочных материалов учебного курса Санкт-Петербургского государственного университета “Доста­точ­но общая теория упра­в­ления” изданий 2000 и 2003 гг. в качестве Прило­же­ния). Любая из этих работ дополняет содержание настоящего раздела, раскрывая то, что здесь осталось в умолчаниях.

[56] Термины «менеджер», «программист» характеризуют личность по отношению к алгоритмике эгрегора и его функционированию. В обоих случаях речь идёт об управлении поведением эгрегора либо на основе его сложившейся алгоритмики (менеджер), либо путём изменения его алгоритмики (программист). Вариантов оказания управляющего воздействия ими на эгрегор два:

  • либо выдача определённой целесообразной информации кому-то из участников эгрегора;
  • либо настройка своего духа на вхождение в этот эгрегор и воздействие на него непосредственно в духе, опираясь либо на единоличные усилия или на ресурсы других эгрегоров, с которыми связана личность. В качестве средства такой поддержки может выступать и соборность.

Оба способа оказания управляющего воздействия на эгрегор могут взаимно дополнять друг друга.

Вопросы этики (в смысле соотнесения деятельности такого рода с Про­мыслом) встают не на уровне принципа «можно либо нельзя» (пос­кольку такого рода способность дана человеку), а в конкретных ситуациях:

  • На какой именно эгрегор и в какой ситуации предполагается воздействие или принимается решение об отказе от такового воздействия?
  • В чём состоят цели (последствия) воздействия или невоздействия и средства достижения целей, которые так или иначе затрагивают судьбы других людей?

Позиция абсолютного невмешательства в дела всех без исключения эгрегоров толпо-“элитарного” общества для человека неприемлема, поскольку многие существующие эгрегоры, если их предоставить самим себе, натворят бед в автоматическом режиме своего функционирования.

Однако надо понимать, что если кто-то подаёт себя или кого-то другого в качестве «менеджера» или «программиста» в отношении какого-то определённого эгрегора или их некоторой совокупности, то это вовсе не означает, что этот субъект действительно таковым является. И даже если он таковым является, то это не значит, что он единственный, кто осуществляет или способен осуществить такого рода воздействие на эти эгрегоры.

Кроме того, в контексте абзаца, к которому дана настоящая сноска, речь идёт о носителях человечного типа строя психики (хотя бы временно пребывающих при нём), которые могут выступать в качестве управленцев по отношению к тем или иным эгрегорам. Но даже если субъект действительно является «менеджером» или «программистом» по отношению к тому или иному эгрегору или их совокупности, то это ещё не значит, что он — носитель человечного типа строя психики: он может быть и носителем демонического типа строя психики, а в каких-то вариантах и носителем типов строя психики зомби и животного.

В настоящей работе речь идёт об общих принципах и возможностях, а что происходит в Жизни реально, — надо смотреть в каждом конкретном случае и действовать соответственно.