Корректор и предиктор в полной функции самоуправления общества

Ориентировочное время чтения: 19 мин.
 
Ссылка на статью будет выслана вам на E-mail:
Введите ваш E-mail:

Об имитационно-провокационной деятельности

2.6. Корректор и предиктор в полной функции самоуправления общества

Эффективные и опасные имитаторы-провокаторы

Ранее (и в настоящей работе, и в остальной деятельности нашей общественной инициативы) хотя речь шла об осуществлении полной функции управления в жизни общества, но в самой связке «предиктор-корректор» более внимания уделялось «предиктору»: организации прогнозно-аналитической деятельности, в результате которой выявляются факторы, требующие управления, совершается целеполагание, возникают новые и отвергаются некоторые старые концепции управления, а другие прежде сложившиеся концепции обретают бóльшую тематическую широту и детальность. «Корректору» — как системе наблюдения, контроля и устранения ошибок, охватывающей все этапы полной функции управления, было уделено существенно меньше внимания не потому, что эта составляющая в деятельности менее значима, а потому, что до конца 2000 г. наша общественная инициатива была более занята формированием и развитием Концепции общественной безопасности в Богодержавии, а процесс продвижения КОБ в общество еще только начинался. В таких условиях, когда КОБ была неизвестна большинству общества, почти всё, что относилось к функциям «корректора», было как бы внутренним делом «предиктора»: ошибки выявлялись и устранялись в тандемном и политандемном режиме деятельности тех, кто принял на себя концептуальное самовластье, подчиненное идеалу жизни человечества в Богодержавии.

На этом же этапе исторического развития в нашей среде стал общеупотребительным и термин «Внутренний Предиктор СССР». В нём нет слова «корректор», хотя всегда подразумевается, что должно обеспечиваться самоуправление общества по схеме «предиктор-кор­рек­тор». Поэтому могло сложиться впечатление, что исчезновение из самоназвания «Внутрен­ний Предиктор СССР» слова «корректор» — просто дань краткости названия. В действительности же это не только дань краткости, но и точное выражение функционального разграничения между различными людьми в осуществлении ими полной функции управления в жизни современного нам исторически сложившегося российского общества.

Участие в деятельности предиктора (первый — пятый этапы полной функции управления, т.е. включая и идеологическую власть) требует освоения определённых теоретических знаний и теоретически не формализованных практических навыков. Оно невозможно без достаточно широкого, разностороннего и детального мировоззрения и выражающего его миропонимания. И это одинаково и для концептуальной власти, поддерживающей разнородные модификации толпо-“элитаризма”, и для концептуальной власти, искореняющей толпо-“эли­та­ризм” во всех его модификациях по оглашению и в модификациях по умолчанию.

Общество, в котором родились и личностно сформировались все наши современники, — толпо-“элитарное”. Если до 1917 г. оно было толпо-“элитарным” по оглашению, то после 1917 г. оно продолжало оставаться толпо-“элитарным”, но уже по умолчанию и вопреки тому, что провозгласило антитолпо-“элитарные” лозунги. Его культура была такова, что обрести в ней человечный строй психики можно было только вопреки ей, а не благодаря ей (в противном случае оно не было бы толпо-“элитарным”, а в нашей нынешней деятельности не было бы необходимости). Это приводило к тому, что его система образования (в смысле освоения знаний и навыков) дозировала знания и навыки не просто адресно, а пропуская всю массу населения через всевозможные явные и неявные тесты на лояльность самой системе толпо-“элита­риз­ма”, иерархия личностных отношений в которой подменяет собой иерархию функционального соподчинения должностей в общественном объединении труда и строится как иерархия носителей знаний и практических навыков.

В таких общественных условиях, ребенок, юноша либо девушка, у которых вопреки всему всё же сформировался человечный строй психики, в силу чего они оказывались не способными лгать и кривить душой ни при каких обстоятельствах, были обречены на то, чтобы система не допустила их до легитимного освоения в ней знаний и практических навыков, необходимых для концептуальной деятельности; а пропустив по ошибке, — потом отторгала и подавляла их. Не лгать и не кривить душой в ней могли, проходя при этом однако все её тесты на лояльность, только наиболее крутые демонические личности, чей демонизм подавлял и подчинял себе их учителей и экзаменаторов (носителей строя психики зомби и демонов послабее), либо те носители человечного строя психики, кого учителя и экзаменаторы, будучи лишены Различения Свыше, воспринимали в качестве превосходящих их демонов — хозяев системы, которым в ней всё — по мнению экзаменаторов — было позволено.

Именно этот процесс сформировал сложившуюся ныне статистику распределения населения по специализации полученного образования (в смысле освоения знаний и навыков) и образовательному уровню. И эта статистика такова, что ныне действующий «предиктор» концептуальной власти Концепции общественной безопасности в Богодержавии по своему персональному составу большей частью представлен людьми, вошедшими в концептуальную деятельность на основе сформировавшегося устойчивого и жесткого демонического типа строя психики, которые в этой деятельности более или менее успешно освобождались и освобождаются от свойственного каждому из них многоликого и коварного демонизма. Меньшинство же представляют люди, которые имели более или менее тяжелые конфликты с системой образования толпо-“элитар­ного” общества, освоившие необходимые знания и навыки помимо неё путем самообразования.

Иными словами и по существу: эта статистика означает, что ведущими, наиболее эффективными и опасными имитаторами-провокаторами в концептуальной власти Концепции общественной безопасности в Богодержавии в большинстве своем являются сами же участники общественной инициативы, получившей название «Внут­рен­ний Предиктор СССР», обладающие знаниями и навыками, освоенными ими на основе системы обязательного и высшего образования толпо-“элитар­ного” обще­с­тва, которые позволяют им принять на себя концептуальное самовластье[1]. Это происходит тогда, когда его участники не внимательны или не видят выражений свойственного им не выявленного или не преодолённого ими демонизма в своей деятельности.

И это обстоятельство в принципе неустранимо в границах Предиктора на этапе искоренения толпо-“элитаризма”, поскольку даже истина, став безрассудной слепой верой, неизбежно вводит в заблуждение. Но оно устранимо в границах общества в целом, однако только при осуществлении людьми по совести антитолпо-“элитар­ной” концепции устройства жизни общества.

Концептуальная власть в обществе самовластна по своей природе, но каждый, кто осознаёт, что принял на себя концептуальную власть, неизбежно оказывается перед выбором и делает и выбор:

  • либо противоборствовать Божиему Промыслу, утверждаясь в собственном демонизме, и подавлять окружающих;
  • либо своей концептуально властной волей войти в Богодержавие, искренне перед Богом и людьми осуществляя свою долю в Божием Промысле.

Промысел же Божий и исповедим по совести в меру понимания, и неисповедим в меру непонимания, но в нём оглашения (задающие меру понимания) и умолчания (определяю­щие меру непонимания) бесконфликтно дополняют и поддерживают друг друга. Поэтому Бог является гарантом безопасности тех, кто избрал и искренне осуществляет Богодержавие в меру своего понимания, от ущерба, наносимого имитационно-провокационной деятельностью, включая и имитационно-провокационную деятельность, обусловленную еще не выявленным их демонизмом.

Еще раз обратим внимание на то, что первоприоритетной целью в Концепции общественной безопасности для личностного развития[2] является переход личности к необратимо человечному строю психики усилиями самого же человека под Божиим водительством, а не освоение каких-либо знаний и практических навыков, включая «расширение сознания», «экстра­сен­со­ри­ку» и т.п.

Хотя в толпо-“элитарном” обществе количественно преобладают носители нечеловечных типов строя психики (животного, зомби, демонического), но всё же вопреки всем обстоятельствам, порождаемым обществом, некоторое количество людей входят во взрослость носителями человечного строя психики: некоторые необратимо человечного, некоторые от обратимо человечного соскальзывают в силу разных субъективных и порождаемых обществом причин к иным типам строя психики, после чего возвращаются к человечному. Не все они смогли преодолеть квалификационные экзамены толпо-“элитарного” общества на лояльность системе толпо-“элитаризма”; не все они имели возможность к тому, чтобы освоить необходимые для концептуальной деятельности знания и навыки путём самообразования. И потому вследствие порожденных обществом жизненных обстоятельств их мировоззрение и миропонимание не достигли тех широты кругозора и детальности восприятия Жизни на уровне сознания, которые необходимы для соучастия в концептуальной деятельности предиктора.

Но по своему существу Концепция общественной безопасности в Богодержавии это — их родная концепция жизни общества, соответствующая их строю психики. В силу того, что они либо — носители человечного строя психики, либо — наиболее близки к нему, их мировоззрение мозаично, а система образных представлений о Жизни в большинстве случаев развертывается от образа Божиего. Соответственно, встречаясь в жизни с материалами Концепции общественной безопасности в Богодержавии, они находят в ней выражение своего — естественного для них — нравственно обусловленного мировоззрения, а её концептуальная власть (понимаемая как власть определённой концепции над жизнью общества) — это их родная концептуальная власть. И хотя они не обладают мировоззрением и миропониманием достаточно детальным и полным для того, чтобы соучаствовать в концептуальной деятельности предиктора, они в своем большинстве не несут в своих душах того демонического разлада, который преодолевают многие участники предиктора, вводя в культуру общества Концепцию общественной безопасности, выраженную в оглашениях на основе принципа единства и дополнительности информации по оглашению и по умолчанию. Их нравственные мерила, определяющие алгоритмику психики, более праведны. Интеллект их вполне работоспособен[3].

И именно они все вместе образуют собой «корректор», который действует большей частью по умолчанию (в силу неразвитости детальности мировоззрения и миропонимания).

Этот простонародный корректор молча отрицает всё и всех, что не вписывается в Концепцию общественной безопасности в её истинном, предопределённом Свыше виде, на какое явление указал А.С.Пушкин в “Борисе Годунове” одной фразой:

«Народ безмолвствует».

Здесь всё точно: толпа носителей нечеловечных типов строя психики в кризисных ситуациях бессмысленно гомонит и суетится, а народ — пребывающие в данный момент времени при человечном строе психики — безмолвствует. Простонародный корректор — поправщик — отрицает и саботирует все имитационно-провокационные поползновения точно так же, как в ХХ веке в детстве в школе отрицал вздор, насаждаемый кодирующей педагогикой толпо-“элитарного” общества, саботируя учебный процесс и расплачиваясь за это двойками и тройками; как ранее при встрече с попом — молча держали фигу в кармане, отрицая тем самым библейскую доктрину порабощения человечества, которую насаждала и насаждает в России антирусская “православная” церковь, понапрасну ссылаясь при этом на Христа, хотя недостаток знаний не позволял народу что-либо противопоставить этой доктрине.

С точки зрения “элитарных” умников и умниц, люди, составляющие собой большей частью безмолвствующий простонародный корректор, неотличимы от настоящих слабоумных, чей интеллект не позволяет решать жизненные задачи. Но разница между ними и настоящими дураками — в строе психики, при котором те и другие пребывают если и не большую часть своей активной жизни, то в наиболее общественно значимые её периоды. Отказывая таким людям, не имеющим легитимных степеней и званий в системе толпо-“эли­таризма”, в здравомыслии, предиктор всякой толпо-“элитарной” концепции рвёт важнейший контур обратных связей, обрекая тем самым поддерживаемую им концепцию на самоуничтожение в исторической перспективе.

Нужна чистая совесть и праведность, а не могучий интеллект и обширные разносторонние знания для того, чтобы изречь: «Нельзя молиться за царя-ирода!». С такого рода миссией коррекции справится и убогий[4]. Но после этих слов разговор с “элитарной” властью прежде её искреннего покаяния без страха за дальнейшую судьбу её представителей перед простонародным корректором — невозможен; разговор же, проистекающий из страха и опасений за свою судьбу, — не будет корректором принят и поддержан. В итоге: “элитарно”-демоническая власть обречена сгинуть. И это — неотъемлемое свойство всякого явного и скрытого толпо-“элитаризма”, насаждаемого в жизнь хоть по оглашению, хоть по умолчанию.

В Концепции же общественной безопасности в Богодержавии именно этот контур обратных связей объединяет «предиктор», разрабатывающий концепцию в деталях и доводящий её до сведения всего общества, и общенародный «кор­ректор», выявляющий в реальном самоуправлении общества ошибки, допущенные концептуальной властью «предик­то­ра», образуя тем самым структурно не локализованный «пре­ди­ктор-кор­ректор»; в нашем случае это Внутренний Общенародный Предиктор-Корректор СССР, обладающий глобальной значимостью.

Деятельность же «корректора» в этой связке не поддаётся имитации, и «корректор» (в обществах, где он есть, а точнее, где его не смогли извести заправилы библейского проекта порабощения человечества) невозможно спровоцировать на действия, противоречащие Концепции общественной безопасности в её истинном — предопределённом Свыше — виде.

Более того, по мере необходимости «корректор» порождает «предиктор» из самого себя в организационных формах, наилучшим образом соответствующих конкретным сложившимся историческим обстоятельствам. И потому этот раздел можно закончить словами мартышки из одного мультфильма — специалистки по имитационно-прово­ка­ци­онной деятельности: «Это неподражаемо!»

12 — 13 января 2001 г.

[1] Эта опасность может быть изжита в перспективе полностью, когда в концептуальное властвование вступят новые поколения, которые не только обретут необходимые для осуществления концептуальной власти знания и практические навыки, но которые обретут их на основе сформировавшегося к юности необратимо человечного строя психики. Для них необратимо человечный строй психики, свойственное ему мировоззрение и миропонимание будут само собой разумеющейся нормой жизни, и у них не будет необходимости преодолевать демонизм, воспринятый нашими поколениями из исторически сложившейся культуры общества.

[2] Для общественного развития первоприоритетной целью является построение культуры, в которой в преемственности поколений воспроизводился бы необратимо человечный строй психики, а носители нечеловечных типов строя психики были бы редки и не могли бы оказывать влияния на жизнь глобальной цивилизации человечества.

[3]  В противном случае, они как большинство зомби были бы (подобно Е.Т.Гайдару) первыми учениками в средней и высшей школе. Но они не выводили ли бы из себя преподавателей, задавая им “неудобные” вопросы и отказываясь без каких-либо объяснений зубрить всякий вздор, вследствие чего и оказались отторгнутыми системой образования толпо-“элитарного” общества.

Переосмысление прошлого показывает, что мировоззрение и миропонимание школьника или студента недостаточно развиты для того, чтобы он мог понятно для самого себя и для преподавателя объяснить, почему чтение стихотворения “Пророк” А.С.Пушкина вызывает в его душе протест, а “Гавриилиада” манит скрытым смыслом, оставляя равнодушным к явной пошлости её поверхностного сюжета? почему Чацкий не вызывает его восхищения? почему специальная и общая теория относительности воспринимается им подобно игре-голово­лом­ке, в которой требуется выявить некорректную постановку вопроса, влекущую за собой логически безупречный переход к выводам, противоречащим объективному ходу вещей? почему мир героев Ф.М.Достоев­ского вызывает отвращение? почему преподавателю марксистской политэкономии хочется задать вопрос «как измерить в реальном производственном процессе необходимое и прибавочное рабочее время»? и многие, многие другие «почему?», на которые в детстве и юности нет понятных ответов, в силу неразвитости мировоззрения и миропонимания школьников и студентов.

Но отказ принять и освоить культивируемые в обществе ложные и вздорные мнения по вопросам, якобы отвечающими на эти и другие почему, может выливаться не только в криводушие и лицемерное изложение педагогам желательных им мнений, но и в саботаж учебного процесса без каких-либо объяснений.

Ответы на такого рода «почему?» становятся понятными иногда спустя десятилетия после того, как школьники демонстративно отказывались согласиться с мнениями, культивируемыми преподавателями в легитимном и лояльном системе учебном процессе. И ответы показывают, что школьники были по существу правы, не соглашаясь принять в души вздор и ложь, насаждаемые кодирующей педагогикой системы. И многие из них, лучшие из них, были наказаны системой тем, что она их отторгла, и они не получили систематического образования (в смысле освоения знаний и навыков), какое позволял освоить их потенциал развития. Не все из них были сломлены жизнью, многие реализовали себя как-то иначе вне легитимных социально значимых структур, куда они не были допущены тестами на лояльность системе толпо-“элитаризма”.

[4] «Юродивый: Николку маленькие дети обижают… Вели их зарезать, как зарезал ты маленького царевича.

Бояре: Поди прочь, дурак! схватите дурака!

Царь: Оставьте его. Молись за меня, бедный Николка (уходит).

Юродивый (ему в след): Нет, нет! нельзя молиться за царя Ирода — богородица не велит» (А.С.Пушкин. “Борис Годунов”).